Он заговорил ей зубы этим устройством душевой кабины и не дал ничего спросить.
Как только Динка смогла открыть слезящиеся глаза и обвести взглядом палубу ее ждало новое потрясение.
Прямо на палубе недалеко от выхода из кубрика лежал Шторос, закинув за голову руки. Огненные пряди уже достаточно отросли, чтобы на голове его снова был живописный беспорядок из торчащих в разные стороны локонов. Не узнать его было просто невозможно. Но он был не один. Рядом с ним сидела красивая девушка с длинными каштановыми волосами.
Она смотрела на него, опуская длинные ресницы, и что-то ему говорила. Ее изящная загорелая ручка блуждала по его груди, обрисовывая распахнутый ворот рубахи указательным пальцем.
Динка ощутила себя так, как будто ей перекрыли дыхание. Как будто она находится внутри огромного мыльного пузыря, поверхность которого идет радужной рябью, а внутри нет ни капли необходимого для дыхания воздуха. Сердце колотилось у самого горла, а глаза наполнились слезами.
Ей хотелось отвернуться и бежать куда-нибудь подальше. Обратно в каюту. Закрыться там и никого больше не видеть. Боль, резанувшая грудную клетку, вспорола огнеупорную защиту, и сила вновь заплескалась под самой кожей — тронь, и она вспыхнет ярким пламенем. Наверное, лучше вспыхнуть и сгореть, словно живой факел, чем видеть такое…
На плечо ей легла большая прохладная ладонь. Динка вздрогнула, и мыльный пузырь лопнул, вернув ее в реальность. Рядом стоял Хоегард и задумчиво смотрел по направлению ее взгляда.
— Почему не позовешь этого идиота? — спросил он, все еще сжимая ее плечо.
Динка жадно хватала воздух, как выброшенная на берег рыба, стараясь незаметно сморгнуть выступившие слезы, чтобы они не побежали по щекам.
— Это кто с ним? — выдавила из себя Динка, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
— Ах, это… Это дочь капитана, — пояснил он небрежно. — Оказывается, ты не единственная девушка на этом корабле.
— Понятно… — протянула Динка.
Желание сбежать обратно в каюту никуда не делось, но рука Хоегарда на ее плече останавливала ее. И Динка замерла в нерешительности.
— Эй, Шторос. Можно тебя ненадолго? — Хоегард повысил голос, чтобы на палубе его наверняка было слышно. Две головы разом обернулись на его голос, и Динка напряглась под двумя взглядами направленными на нее. И вновь почувствовала себя маленькой, ничтожной, беспомощной, но только на короткий миг.
