А он упивался своей властью…
Шторос судорожно вздохнул и потянулся, чтобы заключить ее в объятия. Но Динка оттолкнула от себя его руки. Ей сейчас нужна была не жалость.
— Я не закончила! — резковато ответила она на его удивленный взгляд.
Шторос кивнул и снова вытянулся рядом на расстоянии ладони.
— Я не хочу вечно бояться ремней. Мне нужно пережить этот страх и оставить его позади. Ты мне поможешь?
— Что ты задумала? — подозрительно спросил Шторос, сощурив глаза.
— А ты… Ты что-то сотворил в своем мире, что теперь боишься сам себя.
Признайся, ты ударил Криллу? Или может быть ты регулярно бил ее, как мой отец бил мою мать? И теперь ты не хочешь повторять свои ошибки?
— Какое это имеет отношение… — Шторос вдруг разнервничался и попытался встать с их импровизированного ложа, но Динка удержала его, схватив за запястье."
"— Я подумала, если я разрешу тебе бить меня добровольно, то ты перестанешь бояться, что однажды причинишь мне боль неосознанно, — произнесла Динка и с волнением всмотрелась в выражение его лица.
Уловил ли он в этом запутанном предложении то, что она хотела донести до него? Если он человек-алмаз, то надо срезать с него отколотые грани, которые ранят его, чтобы он снова засиял на солнце, словно слеза богов.
По лицу Штороса пробежала тень, и хватка его руки на ее запястьях ослабла.
— Помоги мне, и я помогу тебе! — взмолилась Динка, видя, что он все понял и колеблется.
— Я не буду причинять тебе боль, — хрипло проговорил он и откатился в сторону.
— Я хочу, чтобы ты ударил меня, — прошептала Динка с надеждой вглядываясь в его профиль.
— Мы сможем отрепетировать эту ситуацию, взять ее под контроль и больше никогда этого не бояться. Я боюсь боли, боюсь того, что кто-то снова будет меня бить. Наедине с Джо и в шлюпке, когда ты ударил, у меня даже в глазах помутилось от этого страха. Но сейчас я доверяю тебе, я знаю, что ты не будешь со мной жесток, что ты в состоянии контролировать себя. Я хочу, чтобы ты излечил меня от этого страха. Ты поможешь мне?
— Ты ошибаешься, — прохрипел он едва слышно.
— Я не тот, кому можно доверять.
— Мне плевать, что ты сам думаешь о себе. Я доверяю тебе потому, что я чувствую себя рядом с тобой в безопасности. И мне нужно это ощущение безопасности, а тебе нужно это ощущение контроля. Никто, кроме тебя, не сделает для меня этого. А ты сможешь…
— Ох, Динка, — застонал он, вновь поворачиваясь к ней, и в глазах его плескалась странная смесь возбуждения и неуверенности.
— Скажи «да», — подсказала Динка.
