С тарелки, вилкой и ножом, а не отрывая куски мяса клыками… Но и расставаться с покоем каюты и своими фантазиями ей не хотелось. Хоегард, тем временем, полностью зашел в каюту и закрыл дверь у себя за спиной.
— Динка, — он приблизился и коснулся ладонью ее щеки. Динка посмотрела в его внимательные глаза, на его мягкую улыбку, на ямочки на щеках и сердце защемило. Если вдруг она решит остаться, а Хоегард уйдет в свой мир. Как она будет жить без него? Ее нежный, заботливый, знающий все на свете мужчина. Он унесет с собой огромный кусок ее сердца.
Динка, прерывисто вздохнув, обхватила его запястье и крепче прижала его ладонь к своей щеке. Но она не имеет права держать их возле себя. Это было бы нечестно по отношению к ним. Там их родина, их дом. Можно было бы не расставаться и шагнуть в неизвестность вместе с ними. Попрощаться с миром, который она считала своим домом, попрощаться со своим человеческим телом, со всеми человеческими радостями. Динка прекрасно отдавала себе отчет в том, что обратно пути не будет.
— Я понимаю, как тебе сейчас тяжело, — хрипло проговорил Хоегард, привлекая ее к себе и целуя в макушку. — Но, пожалуйста, не отдаляйся. Поделись с нами своими сомнениями. Мы поймем, правда! Пойдем со мной в кают-компанию.
— Побудь со мной здесь немного, — попросила Динка, потянув его за собой на койку. Некоторое время она просто лежала рядом с ним, тесно прижавшись к его телу на узкой односпальной койке. Хоегард скользил кончиками пальцев по ее лбу, виску, ушной раковине.
А Динка, прикрыв глаза, пыталась убежать от действительности обратно в свои фантазии и ей это почти удалось.
Прикосновения пальцев незаметно сменились нежными невесомыми поцелуями. Динка расслабилась и отдалась его ненавязчивым ласкам. Мягкие теплые губы скользили по веку, скуле, щеке, пока не коснулись губ в бережном поцелуе. Динка открыла глаза и наткнулась на его потемневший взгляд. Перед внутренним взором пронеслись те немногочисленные мгновения их с Хоегардом близости.
Когда они были только вдвоем. Когда они наслаждались друг другом и этим восхитительным чувством единения. Динка потянулась к его губам за поцелуем. Он так долго оберегал ее от своей страсти и страсти остальных мужчин, но сейчас Динка всем своим существом ощущала его желание. И желала его в ответ.
Хоегард не набрасывался на нее, как голодный зверь. Он целовал ее мягко, нежно, легкими скользящими прикосновениями пробуждая в ней чувственную дрожь.
