Динка смущенно отвела глаза. Потомство… А ведь он прав. Если она такая же, как и они, она может понести. Вот только от кого из них?
В воцарившейся тишине слово взял Вожак.
— Я был против этой затеи, — проговорил он осторожно. — Мне показалось, что это слишком опасно связываться с людьми. Да еще и на условиях, когда мы должны служить людям. Однако, я вижу, что большинство так не считают. Возможно, я вижу проблему там, где ее нет. Как только мы достигнем моря, мы попытаемся реализовать эту идею. Но пока мы не отказываемся от своих поисков портала.
Если есть хоть малейший шанс попасть домой, мы его используем. Как бы там не было, дома будет лучше нам всем, и Динке тоже.
Совет закончился и мужчины занялись своими делами. Шторос ушел к костру. Хоегард и Тирсвад вытянулись на земле. Тирсвад, завернувшись в одеяло с головой, отвернулся к лесу. А Хоегард лежал, закинув одну руку за голову и глядя в пасмурное небо, по которому стремительно неслись рваные серые облака.
— Согрелась? — спросил Дайм, чуть крепче сжимая ее в объятиях.
Динка кивнула и неохотно выскользнула из его больших теплых рук.
Вожак встал и с наслаждением потянулся. Динка куталась в одеяло и с удовольствием смотрела, как бугрятся под кожей его мышцы, как искрящаяся на утреннем солнце капелька пота стекает по его широкой груди. И думала о странном устройстве мира, в котором она вдруг оказалась заброшенной в чужой мир Варрэн-Лин. А потом чудом встретила сородичей, четверых прекрасных мужчин, которые готовы о ней заботиться.
И, возможно, все испытания были пройдены не зря. Ведь принадлежать четверым варрэнам — это та жизнь, которую она для себя выбрала. И нисколько об этом выборе не пожалела.
К вечеру Тирсвад, Шторос и Хоегард, похватав свое немудреное оружие, словно тени растворились между стволами деревьев. А Динка и Вожак остались заготавливать дрова и поддерживать костер. Дайм топором рубил тонкие молодые сосенки и, обтесывая ветки, разделял ствол на аккуратные полешки.
Динка складывала из этих полешек основу для будущего костра.
— О чем задумалась? — спросил Дайм, закончив заготовку дров и усаживаясь рядом с рассеянно глядящей в костер Динкой.
Динка доверчиво прильнула к его плечу. Хотелось поделиться переживаниями, которые ее тревожили. Вот только она не могла понять уместно ли о таком говорить с мужчиной. Но женщины, с которой можно было бы посоветоваться, рядом не было. Динка глубоко и жалобно вздохнула.
