Дайм забарахтался, и вынырнул сам, жадно глотнул воздуха и снова ушел под воду. Динка беспомощно плавала вокруг, не понимая, что происходит и чем ему помочь. Под водой он скрючивался в комок, словно птенец в гнезде. А затем снова делал рывок к поверхности, чтобы вдохнуть.
— Что? — в панике крикнула Динка, в очередной раз пытаясь удержать его у поверхности, но ее сил не хватало.
— Судорога, — прохрипел он и снова ушел под воду.
Судорога, судорога… Динка лихорадочно соображала, чем можно помочь. Плыть в таком состоянии он не мог, хорошо хоть хватало сил всплывать на поверхность.
Она нырнула вслед за ним, скользя руками по его телу. Руки двигались, а вот одна нога застыла палкой, не сгибалась и тянула на дно. Дайм снова рванулся к поверхности. Динка нащупала в маленьком потайном кармашке на груди своей рубахи клубочек ниток.
«— Сколько раз тебе повторять, что опрятная женщина всегда должна носить с собой нитки и иголку. На всякий случайный случай. Ясно тебе?» — словно наяву прозвучал в голове голос Агнесс.
Динка дрожащими пальцами выдернула иголку из клубка.
Только не упустить! Набрав полную грудь воздуха, Динка нырнула под воду. Нащупав его ногу в темноте, Динка от души всадила в нее иголку до самого ушка. Дайм дернулся, но нога вдруг обмякла и задвигалась. Выдернув иголку, Динка вынырнула, встревоженно глядя на Вожака, который отфыркивался и жадно глотал воздух.
Иголка с ниткой вернулись в кармашек на свое законное место. Какое счастье, что Динка, когда меняла рубаху, догадалась забрать их с собой! Так и таскала их на всякий случайный случай.
— Спасибо, — прохрипел Дайм, обнимая ее в воде и прижимаясь лбом к ее лбу. Динка смущенно потупила глаза.
— Поплыли, надо выбираться на берег, — Дайм потянул ее за собой, и Динка, едва шевеля руками и ногами от усталости и пережитого страха, поплыла вслед за ним.
Берег оказался крутым с небольшой песчаной отмелью у основания кручи. Несостоявшиеся утопленники выбрались на твердую землю и обессиленно рухнули на песок.
— Где остальные? Как мы их искать будем? — с тревогой спросила Динка, стуча зубами и прижимаясь к его теплому боку.
— Сами найдут, — отозвался Дайм, сгребая ее в охапку и укрывая своим телом от ледяного ветра.
— Как они… — начала Динка, но вдруг сверху, с кручи, послышался шорох, и на них посыпались комья глины.
— Тут они, — услышала она голос Штороса.
— Живы? — встревоженно отозвался Хоегард.
Тирсвад молча скатывался по более пологому склону вниз, цепляясь руками за торчащие из земли корни.
