Теперь стали понятны странности в его поведении. И его рычание, когда Шторос накинулся на нее с поцелуями. И его агрессию в сторону Тирсвада. Он всего-лишь пытался ее защитить. А защищать-то ее надо не от мужчин, а от самой себя. Динка тяжело вздохнула. Как-то же она жила раньше без мужчин, не помышляла о близости и даже боялась ее. А вчера вожделение застигло ее врасплох неконтролируемым приступом. Как теперь с этим быть?
— Но если мне надо избегать близости, это же не значит, что мне нельзя целоваться? — прошептала она отстраняясь от его груди и приближая свое лицо к его лицу.
— Не значит, — улыбнулся Хоегард.
— То есть… — протянула она, хитро улыбаясь в ответ, — если ты меня сейчас поцелуешь, то мне не станет плохо?
— Тебе — не станет, — прошептал он, склоняясь к ее губам и нежно касаясь их своими губами.
Динка прикрыла глаза, наслаждаясь его поцелуем. Хоегард накрыл ладонями ее руки, лежащие на его груди, и переплел свои пальцы с ее.
— Вот только не знаю, выдержу ли я эту пытку, — выдохнул он, все еще касаясь губами ее губ.
— Целовать тебя, и запретить себе желать большего.
— Динка! Вот ты где! Я уже с ног сбился тебя искать, — послышался рычащий голос Тирсвада. Динка отстранилась от губ Хоегарда и посмотрела на второго варрэна. Он держал в руках блюдо, наполненное вчерашними закусками: бутербродами, нарезкой колбасы, сыра и буженины, и кувшин с компотом.
— Вы помирились? — подозрительно спросил он, разглядывая их сплетенные руки.
— Это был не отказ, Тирсвад, — проговорил Хоегард, звенящим от счастья голосом. — Она вчера просто перенервничала, а сегодня забрала свои слова назад.
Динка согласно кивнула.
— Дай-ка мне бутерброд, я ужасно голоден, — Хоегард приподнялся и ухватился за край тарелки.
— Эй, это мой завтрак! — Динка вскочила и со смехом потянула тарелку на себя.
— Тише вы оба! — рыкнул на них Тирсвад. — Опрокинете сейчас!
Он аккуратно поставил тарелку на палубу между ними и опустился рядом, глядя, как они жадно набросились на еду, смеясь и выхватывая друг у друга куски колбасы.
— Вы так едите, как будто неделю голодали, — усмехнулся Тирсвад, тоже утаскивая с тарелки кусочек сыра.
— Я еще не завтракала, а время уже почти полдень, — оправдалась Динка.
— А мне со вчерашнего дня кусок в горло не лез, — пробубнил Хоегард с набитым ртом.
— Зато сейчас прекрасно лезет, — фыркнул Тирсвад, с улыбкой глядя на повеселевшего Хоегарда.
