Вчера я выскочила из зловредного автобуса, потому что увидела салон красоты, где работает моя родственница. Решение поменяться назло Ольге пришло мгновенно, само собой, словно было послано непонятно каким ментальным существом мне в мозг, и уже через пару часов Ира сделала мне невероятную причесочку. Наверное, невероятную по глупости, но я все равно была рада, хотя сама Ира после всех манипуляций стала бояться, что тетя Вера, то есть моя мама, «ее прикончит». Мне пришлось даже заверить ее, что я не расскажу дома, кто поработал над моими волосами.
"
"– Ну, что ты хочешь, Мария? – спросила меня Ира, усаживая в кресло перед огромным зеркалом. Мне повезло, и у нее пока что не было клиентов – кто-то из них не смог прийти, хотя вообще в салон «Дерзкий шарм» обычно попадали только по записи.
– Сделай мне что-нибудь яркое? – попросила я сестру.
– Имидж решила поменять?
– Вроде того, – согласно кивнула я. – Я хочу что-нибудь очень крутое. Оформи, а, Ир?
– Налысо подстригу, будет круто? – засмеялась она, проводя рукой по моим волосам.
– He-а, не будет.
– Тогда говори, что ты хочешь, – потребовала парикмахер.
– Я хочу что-то такое, что заставит людей оборачиваться на меня. Что-нибудь смелое. Хочу заметные волосы.
На глаза мне совершенно случайно попался постер с изображением красивой девушки с ярко-розовыми волосами. Я склонила голову, рассматривая модель. А ничего так смотрится. Розовые, голубые, фиолетовые волосы – это кайф! Смотрю на барабанщика из «На краю» и просто восхищаюсь им: его волосы всегда – истинный восторг рок-панка.
А у Черри волосы зеленые, темно-зеленые, смотрится улетно.
– О, ты знаешь, я хочу необычного. Хочу фиолетовый цвет волос! – обрадовалась я. – Или розовый.
– Так радикально? Не пойдет тебе розовый, – покачала головой Ира. – У тебя кожа теплая, а не холодная, лучше что-то оранжевое или огненно-красное там.
Я немного подумала (наверное, я думала копчиком), и мы остановились на оранжевом цвете. Ярком, теплом, летнем и кричащем – радостно кричащем.
– Смотри, Маша, ты точно решила? – уточнила Ира, со скепсисом рассматривая мой затылок.
– Будет ярко.
– Да. Я хочу яркости. У меня одна молодость, когда я еще смогу сотворить с собой такое? – Я сама себя успокоила. – А еще… сделай мне стрижку. Каре, короткое. Чтобы боковые пряди были длиннее остальных, – я, как смогла, объяснила Ирке, что мне хочется.
– А, каре с углом, – поняла она меня, стоя сзади и трогая мои волосы. – Хорошо, Маша, все сделаю.
– И челку хочу.
