– Его голос стал плохо слышен из-за рева двигателя где-то у него на заднем плане, и мне пришлось сделать связь громче – на самый максимум."
"– Дэн, спасибо, мы все благодаря тебе спасены! Ну, хочешь, я тебя даже зайчиком назову? Прелесть моя карамельная, – засюсюкала я.
– С тебя сто поцелуев, малышка. – Не остался он в долгу.
– А двести не хочешь? – Я рассмеялась. После общения с этим парнем настроение мое повышалось. Люди в автобусе то и дело косились на веселящуюся меня. А мне было все равно.
– Хочу. Серьезно?
– Дай подумать… Знаешь, ради тебя – согласна, Смерчинский, – отозвалась я, уже скучая по его пальцам.
Проклятье! Когда я была влюблена в Ника, по его пальцам я не скучала – потому что они никогда не держали мою ладонь и не касались моего лица. Все это досталось наседке Олечке. А теперь эта же курочка решила заполучить еще и Дениса.
«Ага, щас», – единодушно решили головастики и зловеще переменили цвет с благодушного зеленого на темно-бордовый.
– Точно согласна?
– Да.
– Двести поцелуев приравнивается к одной совместной ночи, – невозмутимо отозвался молодой человек.
– Так что, Чип, готовься.
– Это кто такое тебе сказал? – возмутилась я. – Что у тебя за мысли однобокие все время?
– Очень здоровые мысли, моя фея. Нет, правда, что плохого в том, что заложено во мне природой и подкрепляется моими чувствами? – И тут этот начинающий извращенец принялся распространяться на тему того, какими должны быть отношения между парнем и девушкой, которые действительно доверяют друг другу.
Порою он произносил очень даже откровенные слова и фразы – как само собой разумеющееся.
– Дэн, давай потом об этом поговорим, – чуть ли не взмолилась я, пытаясь все это время сделать связь вновь тише, но мобильник конкретно заглючило. Звук соединения продолжал оставаться неприлично громким, а голос Смерча – отчетливым. Он продолжал объяснять мне, что даже, несмотря на дефицит капусты в детстве и подростковом возрасте, я вроде как уже не девочка, а почти что леди – очаровательная леди.
На мои укоризненные замечания говорить тише Дэнка в лучшей своей эгоистично-пофигистичной манере не реагировал.
– Заткнись ты уже! – не выдержала я наконец.
– Какие эмоции. Ты что, меня боишься? Эй, Бурундучок, ты же мне доверяешь? – мягким голосом профессиональной лисы спросил он меня.
– Доверяю, – отозвалась я деланно мрачно, потому что видела, как половина автобуса наслаждается речами парня. Нажимать на кнопку, регулирующую звук связи, я уже устала.
