«К тому же, если я уйду сейчас, то я не смогу заставить себя вернуться, – добавила про себя Ника, – и тогда гребаный Укроп точно поймет, что я подслушала их разговор. Это тебе хорошо, ты ведь наверняка знала, чем твой очкарик занимается… А я вообще заложница ситуации».
– Ну, как хочешь. Если спросят – я в туалете.
Лида с трудом улыбнулась Нике и, еще раз сказав, что скоро вернется, выскользнула из кабинета. Она прошла мимо охранников, и те даже не взглянули в ее сторону. Только проводили ленивым взглядом.
Девушка облегченно выдохнула. Они не схватили ее! Не помчались за ней с криками: «Вернись!» Она ушла. Господи, во что она вляпалась? Хорошо еще, что Кларский ее не узнал…"
"Лида, не расставаясь со все возрастающей болью в висках и затылке, поняла, что у нее открылось второе дыхание, и побежала, запинаясь, ко входу. Она вновь окунулась в мир громкой электронной музыки и танцевального драйва, царившего во всех трех залах «Алигьери», но присоединяться к веселящимся не желала. Теперь девушка побыстрее спешила покинуть это место, с такими страшными людьми.
Ника, не без труда приветливо улыбнувшаяся уходящей Лиде вслед, почему-то точно зная, что та больше не вернется сюда, встала с кресла и еще раз окинула дорого обставленный кабинет обреченным взглядом, а потом прилипла к прозрачной стене, внизу за которой зажигали диджеи и танцевал развеселый народ. Ей не хотелось вниз, как раньше, ей хотелось домой, к маме, которая вместе с папой сейчас все еще пребывали на даче.
Об этом они сообщили ей по телефону, когда она и проклятый Укроп, который, как вдруг выяснилось, оказался местным нарокбароном (вашу мать, не просто гопником – реальным пацаном, а бандитом, настоящим бандитом!), заехали к ней домой.
Девушка прикрыла глаза, вспоминая.
Вторая часть их общих злоключений началась с того момента, когда они с дядей Укропом, который нагло обнимал ее за плечи, покинули владения Андрея. Только после того, как Ника и Ник вышли из его особняка, девушка вздохнула с облегчением.
В этом месте, в котором было множество мутных личностей с явным криминальным прошлым, криминальным настоящим и еще более криминальным будущем, ей было не по себе. А Андрей… хоть он и был милым и тактичным, разговаривая с Никой, все равно внушал ей определенные опасения. Особенно после того, как его младший брат заставил ее притворяться перед Мартом его девушкой. И еще этот поцелуй…
Ника, вспомнив его, передернулась, как от холода.
