Хорошо, что автобус Ольги быстро приехал и умчал вдаль светловолосую девушку, с которой я больше ничего вроде бы не делила (надеюсь, к Дэну она равнодушна!), но которая продолжала не шибко мне нравиться. Чем? Не знаю.
Эй, зеленокожие! Заберите к себе вашу родственницу! Ну, если не опыты над ней ставить, так замуж за гнома какого-нибудь выдать. Ну, хорошо, хорошо, за великолепного вампира… Но все равно – заберите!
В автобусе, в котором я от усталости уснула, Ольга Князева явилась в гости к моему сознанию на крыльях сновидения.
Она, одетая во все белое, молчала и медленно ходила вокруг небольшого озера, в котором отражались черное бархатное небо, звезды и пролетающие кометы-искры. Я долго смотрела на девушку, паря где-то в воздухе, а потом приблизилась к озеру и зависла над ним, едва касаясь босыми ногами холодной глади воды. В ней, спокойной и неподвижной, отражалось то же небо, те же звезды – только комет не было, но вот отражение Ольги, стоявшей в безмолвности на берегу, было другим. Ольга в озере была облачена в черную одежду, и лицо у нее было белое, и волосы короче… Она хотела что-то произнести, что-то сказать мне, но… В это же мгновение во сне, откуда ни возьмись, появилось довольное упитанное зеленое существо и, наклонившись к моему уху, доверительно сообщило:
– Следующая остановка – магазин «Восход».
Я тут же проснулась и, протерев глаза, поняла, что подъезжаю к собственному дому."
"Кстати, эта суббота была, действительно днем сюрпризов. Первым было появление Смерча на остановке, о котором я уже рассказывала, а вторым – появление еще одного человека… Да и самое страшное зачетное испытание недели ожидало нас именно в этот день, когда я просила у Смерча моральной поддержки по эсэмэс, а он приехал ко мне, дабы побыть моим талисманом.
Зачет по эстетико-философским учениям Нового и Новейшего времени начинался в девять утра, и, судя по всему, должен был проходить едва ли не весь день – препод, по отзывам ребят из параллельной группы, которые уже успели с ним пообщаться ранее, принимал его довольно жестко.
К тому же у него был нечеловеческий нюх на самые разные шпоры, а это значило, что списать у него было почти нереально. Нельзя сказать, что этот предмет был безумно трудным: он был даже интересным, но из-за строгости преподавателя даже самый легкий предмет может показаться адским для студента. Поэтому даже мне пришлось учить философию Нового и Новейшего времени очень серьезно: даже ночью я спала пару часов.
