– Нет, просто встретились. Нам было по пути, и я предложил его подвезти.
– Ясно, – протянул одногруппник. – Вы, значит, тоже знакомы.
– Совсем немного, – с улыбкой отвечал Дэн. Если бы Чащин знал, какое у Смерчинского и Кларского знакомство интересное и с чего все началось, он бы очень удивился.
– Скайд и парни тоже трубы не берут, – сообщили тем временем рокеры печально. – Точно, их, наверное, взяли товарищи в форме, мать их. Вот черт!
– И Иван не отвечает… Там же Инга, – хлопнул себя по колену Дэнни. – Маша, я же сказал, чтобы ты держалась подальше, зачем вы с Ингой полезли к нам? – обратился он ко мне серьезно.
– Твоя Инга – чокнутая девушка, – нахмурилась я. – Она полезла к парню в очках, который лежал на земле, а на нее один из них, – я бросила взгляд на рокеров, снявших из-за жары кожанки, – бросился. Точнее, он ее не видел и упал. На нее. А ему потом по башке заехали и… короче, Инга твоя там под ним и осталась лежать.
Дэн в это время пытался дозвониться до нее и, видимо, тоже не смог, потому что помрачнел.
– Инга – моя троюродная сестра, – признался он, – если с ней что-нибудь случится, ее мама не переживет. Впрочем, я тоже.
– Почему же?
– Тетя повесит меня на ближайшем суку от их дома, – с притворным ужасом отвечал Смерч.
– Ох уж эти младшие сестры, – посочувствовал ему Родион.
– Да что с ней случится? С такой-то… Но я теперь понимаю, почему она ненормальная. Потому что вы родственники. И дедушка твой с приветом… Один брат как человек выглядел, – проворчала я. – Думаю, с твоей сестрицей все в порядке.
– А с тобой все в порядке, Мария? – спросил Смерчинский.
– Да, Бурундукова, тебя никто не задел? – поинтересовался и Дмитрий. – А то я тебя знаю, с тебя станется… К занятым людям полезть… В разгар дела. Да ты и полезла почти…
– Это ты там занятой был? – Я даже фыркнула. – Кикбоксер несчастный. И я в порядке, ребята. Никто меня не достал.
– Ну, ты же Бурундукова, – слабо улыбнулся Чащин. – Сама кого хочешь достанешь.
– Мне было страшно, – надулась я.
В платье, с макияжем и прической, в компании совсем немаленьких четверых парней, которые только что дрались, я волей-неволей почувствовала себя слабой, хрупкой девочкой. Почти принцессой. У орла было чувство, что он попал в компанию буйных птеродактилей.
– А что тебе было страшно? Мы же рядом были, – стали заверять меня друзья.
– Ага, были… только вон с ними рядом, – кивнула я на рокеров, – махались. А ко мне, между прочим, приставали.
– Кто? – нахмурился Дима.
