В поле зрения камеры въехала светлая «тойота», более точно цвет определить не удавалось, потому что изображение было черно-белым, но зато госномер был виден совершенно отчетливо. Из машины вышла миниатюрная молодая женщина с такой яркой внешностью, что Вилков даже опешил. Несмотря на отсутствие красок на экране, было понятно, что она необыкновенно хороша собой, смуглая, с длинными черными волосами и огромными темными глазами. Да, мимо такой не пройдешь, не обернувшись. Не мудрено, что Забелинские соколы ее заметили и запомнили.
– Это она приехала, – прокомментировал Сергей. – Теперь смотрим другую кассету.
Теперь на экране виднелось крыльцо перед дверью, ведущей в банк. Темноглазая красавица легко взбежала по трем ступенькам и вошла – нет, не вошла – впорхнула! – в стеклянные раздвижные двери.
– А это, – Хворостин снова сменил кассету и поискал нужное место на пленке, – она в ресепшене, объясняет, к кому приехала, и ждет, пока за ней придут и проводят. Обрати внимание, Забелин лично за ней пришел, а не послал помощника или «шестерку».
Да, действительно, Ксения Брайко что-то говорила девушке за стойкой, потом отошла в сторону и стала ждать, нетерпеливо притоптывая точеной ножкой, обутой в изящный сапожок. Спустя некоторое время появился Забелин, лучезарно улыбнулся гостье, поцеловал ей ручку и провел внутрь.
Хворостин перемотал запись немного вперед, и вот уже Ксения выходит в сопровождении все того же Забелина, прощается с ним и идет к двери. Снова смены кассеты, вид с камеры, охватывающей крыльцо перед входом: Ксения спускается по ступенькам.
И теперь опять первая кассета: Ксения садится в машину и отъезжает.
В нижнем углу экрана видны дата и время, Вилков все записал и посмотрел: да, и в самом деле Брайко пробыла у Забелина восемь минут, а всего в помещении банка «Русский кредит» – четырнадцать минут. Для серьезного дела явно маловато. И случилось это за неделю до его убийства.
– Ну и где она? – строго вопросил Александр Иванович.
– Так ребята работают. Не спугнуть бы, Саш, поэтому я к тебе помчался с докладом, а они сидят и ждут команду.
Пока что установили через интернет, чем она занимается.
– Ну и чем?
– Фирмы разоряет. В ихнем денежном мире это называется «рейдерство». Слыхал?
– Не учи ученого, – проворчал Вилков. – А мотив-то где? Зачем ей его мочить?
Следователь по обыкновению отдавал предпочтение местоимениям, полагая, что всем и так все понятно.
– Так из-за денег же! Нынче все делается из-за денег, это ж ежу понятно.
