Представляешь? Дочке-то под семьдесят, а она к нам приходит, плачет, меня, говорит, мама опять выгнала, сказала, чтобы не возвращалась. Иди, дескать, туда, откуда пришла, а из-за чего сыр-бор? Из-за того, что бабушка задержалась в магазине, там очередь была за колбасой. Моя мама ее успокаивает, чай с ней пьет, а через какое-то время прабабка звонит и начинает рыдать в трубку, что ее все бросили, что дочка ушла и пропала, ее со вчерашнего дня нет дома, и наверное, с ней что-то случилось. Она уже не помнила, что два часа назад бабушка еще была дома и что она сама же ее и выгнала.
Мама ей говорит: «Так вы же сами велели ей уходить и больше не возвращаться.» А прабабка отвечает: «Не ври, Ксенька! Ты все врешь! Этого не может быть.» Вот так и жили.
– А Игорь любит стариков. Ты понимаешь, что это означает? Он – человек огромной душевной силы. Только такие и способны любить без гарантий, любить без ответного удовольствия. Любить просто так. Просто любить. Понимаешь?
Мне стало тошно.
И очень грустно. Счастливого Нового Года!
А для меня наступающий год вряд ли будет счастливым. Хотя если Юля права, то она останется девушкой Мусатова, а я буду любить ее просто так. Просто любить. Интересно, я действительно смогу?
ГЛАВА 6
Я не ошибся, когда полагал, что наш старший участковый Валька Семенов с радостью ухватится за возможность подзаработать деньжат. Сразу после новогодних праздников он взял у меня переданные Мусатовым бумаги и ринулся на поиски бывших сослуживцев Личко в соответствии со списком, составленным Юлиным отцом, и на добывание из архива ГУВД дела о самоубийстве Елены Шляхтиной.
Мне казалось, что у Вальки все получится быстро и ловко, он вообще парень оборотистый, контактный, у него всюду есть знакомые и кореши, но, к моему немалому удивлению, дело с архивом застопорилось. Почему-то материалов о Шляхтиной так не оказалось. Или найти не могут, или… Не хотят? Странно. Чего там такого может быть в этих документах? Дело-то уже плесенью покрылось, почти тридцать лет миновало.
Или же этого дела там просто нет. Тогда где оно? Валька на всякий случай забросил удочку и в архивы Мосгорпокуратуры, но и там обломался. В те времена дела об убийствах вели в основном следователи прокуратуры, иногда их отдавали нашим следователям из МВД, дела же о самоубийствах попадали к прокурорским и к нашим примерно с равной вероятностью.
