30"
"К сожалению, разведывательные действия Малоты тоже к положительному результату не привели. То, что, по раздобытым сведениям, выставлялось на сегодняшний день на продажу - нам не подходило. Точнее, варианты были очень даже ничего, но цены на недвижимость в Столице разительно отличались от периферийных. Ну, впрочем, как везде.
Видимо, именно поэтому заботливые и даже очень состоятельные родители сего мира стремились одарить своих чад жильём, покупая земли именно по деревням. Во-первых, за ту сумму, которую в городе можно было вложить в хороший дом, в селе можно было приобрести жильё с солидным земельным наделом.
Это считалось большим плюсом. Ибо, насколько я поняла, страна всё-таки оказалась, в основном, земледельческая. Ну и отсюда, собственно, вытекало ""во-вторых"" - вместе с землёй отцы давали сыновьям будущий кусок хлеба.
У нас, конечно, имелась очень даже солидная, по местным меркам, сумма. И на приличный домишко хватало. Однако, следовало думать о том, что будет дальше. Ещё только предстояло организовать дело, которое станет нас кормить в будущем.
А это расходы - и немалые. Опять же нужно позаботиться о резерве на случай неудач. Плюс всё это время, пока встаём на ноги - на что-то жить и обустраиваться.
В общем - не до жиру пока.
Явно уставшая за рабочий день, но державшаяся бодро хозяйка провела нас по рядам, здороваясь почти с каждым, однако, за покупками заводила в строго определённые места.
- Доброго здоровья, Самуэль, - оставил, чего просила? Ну вот и хорошо, вот и душевно.
Это, знакомься, жильцы мои, ага, вчера которые поселились. Сколько мы тебе должны? Сколько?! Ну-у-у, дорогой, не жмоти-ись... За такую гору мяса можно ведь и уступить? А то ведь к Берену от тебя уйду, да и покупателей прихвачу. - полушутливыми угрозами ловко торговалась Малота, - Ну вот, теперь - дело, мы согласные. Алекс, грузи, миленький.
Примерно так же выглядела встреча с каждым последующим продавцом. Я мотала, как говорится, на ус, запоминала места и имена.
В итоге, домой прибыли с приличным запасом провианта, довольно выгодно потратив деньги.
На другой день решено было разделиться. Ещё за ужином я сообразила, что неосвоенным нами глобальным местом скопления народных масс с целью общения была церковь. Точнее, площадь перед ней. Вот туда и вознамерилась отправиться, чтобы под благовидным предлогом потолкаться среди людских пересудов.
Разговаривать со статуей Дреуса, кстати, становилось уже как-то даже привычно.
