Луния повернулась было, чтобы сходить за Небом и Жабом, но крошечный дракончик вдруг обнял её за лапу и прижался всем телом, что-то умоляюще шепча.
– Эй, ты что, малыш? – забеспокоилась она. – Отпусти меня!
– Позволь мне остаться с тобой! – проговорил он чуть слышно. – Я очень послушный, не пожалуюсь ни на что, и никаких от меня не будет неприятностей. Честное слово, честное-пречестное!
Она сочувственно вздохнула и погладила его по чешуе. Как всё-таки похож на маленького Синя!
– Разве за тобой некому тут присмотреть?
– Нет, – помотал он головой, – никого не осталось у бедного Икара.
Родители погибли, наверное… или захвачены Осой? А может, просто ушли надолго в поисках пищи? Впрочем, при живых родителях такого мелкого едва ли определили бы в строители. Вот бедолажка!"
"– Один я, совсем один, – пробормотал он. – Возьми меня к себе, я послушный, никогда не озорничаю, ты почти не будешь замечать меня. – Помолчав, добавил ещё тише: – Не могу больше один в темноте.
Если потеряюсь, никто не вспомнит о бедном Икаре… и не спасёт.
Луния представила себе, каково приходится малышу без семьи в огромной мрачной пещере. Его шёлковый дом в небе сгорел вместе с ульем, да ещё и надо скрываться от чудищ, страшнее которых не придумаешь, потому что сам можешь превратиться в такое.
Обняв дракончика крылом, она ласково сказала:
– Конечно, я возьму тебя, Икарчик. Не бойся, скоро темноты не станет, огнешёлка я наделаю много-много. Вот смотри, какой у меня есть: светит, но не обжигает – потрогай!
Луния размотала золотистую ниточку и опустила в опасливо протянутые коготки.
Дракончик поднёс живой свет к глазам, радостно вздохнул и прижал к груди.
– А шептать тоже больше не будут? – спросил он.
– Кто? – не поняла она.
– В темноте… там всё время шепчут.
У Лунии пробежал по спине холодок, будто струйки ледяной воды.
– Как шепчут, о чём? – Почему-то стало страшно, и даже не очень хотелось слышать ответ. – Что они говорят?
Большие тёмные глаза малыша сверкнули в мерцании огнешёлка.
Голос прозвучал так тихо, что, казалось, исходил из тьмы по ту сторону светлого круга:
– Они говорят: «Теперь ты мой, крошка дракон!»
Глава 10
В ту ночь Луния спала плохо. Может, и совсем не спала, ворочалась до самого утра, слушая шёпот из тьмы, то ли реальный, то ли призрачный. Крошка Икар свернулся в клубочек под боком и тоже беспокоил, но ей не хватало духу его отталкивать.
