Крессида снова улыбнулась, удивительно напомнив в этот момент змею, и, слегка повернувшись, помахала рукой:
– О Гримстон! Гримстон! Подойдите на минутку сюда! Кейт оглянулась, увидела приближавшегося Бэзила Гримстона и едва удержалась, чтобы не застонать.
Гримстон был точной копией Крессиды, только мужского пола: такой же наглый, самодовольный и самовлюбленный. Непонятно, почему такая милая дама, как виконтесса Бриджертон, пригласила его! Наверное, не хватало джентльменов, чтобы составить компанию дамам.
Гримстон подошел ближе и приподнял уголок рта в подобии улыбки.
– Ваш покорный слуга, – обратился он к Крессиде, удостоив Кейт и Пенелопу мимолетным пренебрежительным взглядом.
– Не находите, что дорогая Пенелопа прелестно выглядит в этом платье? – спросила Крессида. – Должно быть, желтый можно назвать цветом сезона."
"Гримстон принялся медленно оскорбительно осматривать Пенелопу с головы до ног и с ног до головы. При этом его взгляд скользил по ней с таким издевательским вниманием, что Кейт ощутила невыразимое отвращение, от которого тошнота подкатила к горлу.
Больше всего на свете ей хотелось обнять Пенелопу и прижать к себе. Но этот жест только подчеркнет, что перед ними слабое, неспособное постоять за себя создание.
Покончив с беззастенчивым осмотром, Гримстон повернулся к Крессиде и пожал плечами, словно не мог найти для Пенелопы ни единого слова похвалы.
– Почему вы стоите здесь? Вам никуда не нужно идти? – выпалила Кейт.
Крессида потрясенно всплеснула руками.
– Право, мисс Шеффилд, я едва выношу ваши дерзкие речи! Мы с мистером Гримстоном всего лишь восхищаемся внешностью Пенелопы. Этот оттенок изумительно подчеркивает цвет ее волос и кожи. Приятно видеть, она так изменилась к лучшему с прошлого сезона!
– Действительно, – протянул Гримстон, и от его масляного тона Кейт передернуло. Ее словно окатили грязью. Она чувствовала, как трясет Пенелопу. Оставалось надеяться, что от гнева.
Не от боли.
– Не понимаю, о чем вы, – холодно ответила Кейт.
– О, понимаете, прекрасно понимаете, – заверил Гримстон, восторженно поблескивая глазами. Наклонился вперед и театрально прошептал так громко, что окружающие слышали каждое слово: – Она была ужасно толстой!
Кейт открыла рот, чтобы ответить по достоинству, но прежде чем успела вымолвить слово, вмешалась Крессида:
– Какая жалость! В прошлом году в город приехало столько холостых мужчин.
