Отец Паулиньи вернулся, неся поднос, на котором звенели, сталкиваясь друг с другом, ведерко с шампанским и бокалы. Стефания не вставала: она не очень понимала, как нужно поступать. До этого момента он обращался с ней как с девочкой, как со своей собственной дочерью. Однако в зеркале Стефания видела необычайно чувственную женщину, еще совсем молодую, но чувственную настолько, словно ей было на десять лет больше. Отец Паулиньи, конечно же, должен был заметить это.
– Выпьешь немного? Чтобы расслабиться.
Стефания откинулась на подушку, взяла протянутый бокал.
После чего подумала: а не слишком ли быстро она приняла этот бокал, ведь отец Паулиньи может вспомнить об истории с Реем и посчитать Стефанию просто доступной девчонкой, которая отдается первому встречному. Не двигаясь, сжимая в руке бокал, она оказалась во власти нахлынувших мыслей. Да, она поступала как доступная девчонка: без малейших колебаний взяла бокал, взяла деньги на платье и согласилась отправиться в поездку с этим человеком, ни о чем не спрашивая.
В глубине души она удивлялась тому, с какой легкостью захватила ее эта красивая жизнь, так непохожая на унылое повседневное существование, где постоянно приходится ждать разных неприятностей и оскорблений. Вероятно, понимая ее смущение, отец Паулиньи встал со стула.
– Ну что, прыгнем в воду?
Он вел себя так естественно в этой обстановке, которая казалась Стефании не только волшебной, но и слегка абсурдной: мотель, неприличное место, где люди занимаются любовью, и она осталась здесь одна с женатым человеком, и кроме того, хорошо ей знакомым, отцом ее подруги.
Стефания отпила шампанского, пытаясь навести порядок в своих мыслях. Напиток проникал в желудок: он становился ключом, открывавшим заветный ларчик, где еще хранилось немного душевного спокойствия. Слышались всплески: это отец Паулиньи плавал в бассейне. Стефания отпила еще и, боясь совсем опьянеть, закусила бутербродом.
– Стефания, я хочу пи-пи.
Дженифер с трудом поднялась, виски совершенно оглушил ее. Едва не споткнувшись о ноги Стефании, она побрела в туалет.
– Дверь только не закрывай.
– Что?
Дженифер приспустила трусики, уселась на стульчак. Потирая грудь, она увидела, как Стефания встала и тоже нетвердой походкой пошла к туалету.
– Подожди.
Дженифер состроила гримаску, в которой удивление смешивалось с любопытством.
– Зачем?
Стефания встала перед ней на колени, просунула руку ей между ног.
– Пописай мне на руку.
– Что?!
– Пописай мне на руку, Дженифер, давай.
