Он всегда был добр ко мне… даже стыдно теперь за то, что причинил ему столько неприятностей. Но все в прошлом.
Мысль о том, что нужно уехать из этого города, стала спасительной. Приходил редактор, принёс мои документы и личные вещи, ничто больше здесь меня не держало.
Выписавшись, я покидал одежду в чемодан и поехал на вокзал, попутно обрубив свой телефон и все контакты. Начиналась новая жизнь в которой небыло место прошлому, в которой нет тебя Асами Рюичи.
***
Прошел год….
Память медленно возвращалась к Асами.
Сначала нахлынули воспоминания, касающиеся бизнеса и заключенных контрактов (но, по большей части, Рюичи просто заново изучил документацию, которую не зря так кропотливо вел ранее). И, наконец, доктор уверил мужчину, что полностью память вернется к Асами в течение месяца.
О, самым неожиданным для Асами оказалось то, что с Фейлоном они больше не враги.
«И не друг, и не враг, а – так!» - крутилась в голове Асами цитата из какой-то песни, явно русского происхождения.
В свое время мужчина просмотрел довольно много шедевров русского кинематографа, для того, чтобы понять эту непредсказуемую нацию. Фильмы понравились, но понимание не пришло.
Асами периодически отправлял поздравительные (как правило – саркастические) открытки Фейлону, тот отвечал Рюичи взаимностью, но почему лёд их отношений начал подтаивать, Асами не помнил. Рюичи был в замешательстве, ему казалось, что он упустил что-то крайне важное… Настолько важное, что бизнес отходил на второй план.
Когда он пытался вспомнить, голова начинала раскалываться, а пульсацию в висках унимал лишь глоток холодного виски. Это раздражало Асами еще сильнее: спиться из-за потери памяти в его планы не входило.
Проснувшись однажды в своей большой и холодной постели, мужчина попытался нащупать кого-то рядом рукой, а после и взглядом. Никого. Мужчина с головой погрузился в работу и после того смазливого мальчишки у него никого не было.
- Возраст уже не тот, - говорил Рюичи своему отражению каждое утро, избавляясь от стояка с помощью собственной руки.
Теперь же Асами озадаченно скользил взглядом по простыне, и воображение услужливо дорисовывало лежащее на ней тело Акихито. Яркая вспышка перед глазами, словно кто-то включил свет, и Рюичи мог с уверенностью сказать, что память вернулась к нему. Накатившее облегчение перемешивалось с горечью, ведь желанного и любимого тела рядом не было.
