А я надеялась хоть в карете снять перчатки и отдохнуть.
— Ваша Светлость, в караване ведь две кареты. Почему вы здесь? Разве в одиночестве вам будет не комфортнее? — Я раздумываю, как бы его сплавить от греха подальше.
— В той карете шкатулка под печатями. Так что я с вами.
Шкатулка под печатями? Они повезут ее с собой, вместо того чтобы отправить порталом? Зачем? Так ведь опаснее? Значит, либо они не считают ее чем-то ценным, что нужно строго охранять, либо инквизитор что-то задумал. Что же?
Но вот как тут думать, когда он всю дорогу взглядом меня испепеляет? Уже не знаю, отчего меня укачивает: от скачки колес по кочкам или оттого, что весь воздух пропитался напряжением.
— Слушайте. Даже если та повозка занята, давайте возьмем еще одну карету и поедем раздельно? — предлагаю я, пока мы еще не выехали за пределы города.
— Нет.
— Просто «нет»? Без объяснений?
— А вы всех уже приучили объясняться перед вами? — усмехается инквизитор, а этот его взгляд… стукнула бы чем-нибудь!
— А разве я не имею права знать, почему должна терпеть общество малознакомого мне мужчины целых два дня в столь неудобном положении? — хмурюсь я.
— Можем познакомиться поближе, если это избавит вас от лишних тревог, — подшучивает он.
— Обычно по глазам читаете. А тут после сказанного вслух делаете вид, что не поняли, что именно я имела в виду?
— Понял, леди. Посмотрите на ситуацию под другим углом: вы гостья Его Величества. Я отвечаю за вашу безопасность.
Поэтому не тратьте зря силы. Мы поедем вместе, — выдает мужчина в полной уверенности.
Но я сомневаюсь, что все это — правда.
— Вы же главный инквизитор, а не стражник. Вам бы не дали такой приказ, не так ли?
— Это не приказ, это просьба Его Величества, — с важным видом заявляет он.
Его отсюда вообще никак не выпихнуть?
— Кичитесь связями? — злюсь я, но маскирую раздражение за равнодушием. Оно ведь его больше всего бесит?
— Леди Рошэ, вы пользуетесь тем, что вы женщина, и потому все время мне дерзите?
— Я не злю вас намеренно, а отстаиваю свои границы, которые вы постоянно нарушаете.
— Что я могу поделать? Кто, увидев диковинный прекрасный цветок, не вдохнет его запах? — произносит инквизитор, а меня кидает не то в холод, не то в жар от этих слов.
— На что это вы намекаете? — охаю я.
— А вы как думаете? — Он склоняется достаточно близко, а мне и деться-то некуда. Разве что головой стенку попытаться сломать.
