– Тело Анны разделили на части, при этом одной не хватает. Какой?
– Кисти.
– А на кисти у нас что?
– Пальцы, – радостно отозвался Виктор, будто нашел ответ на детскую загадку.
– Ага, с отпечатками.
– То есть, – Настя завороженно смотрела на меня, – убийце нужно было содержимое ее телефона, а не сам гаджет?
– В таком случае для того, чтобы его разблокировать, ему нужен был палец жертвы.
– Но ведь пропала целая кисть!
– Ну, если бы мы недосчитались одного только пальца, это сразу вызвало бы ряд вопросов.
Тут же убийца все предусмотрел: поделил тело на части, а одну из них прихватил с собой, чтобы иметь доступ к ее телефону. В случае с пальцем ему пришлось бы зверствовать еще сильнее.
– Что же такого хранила там Аннушка, что человек пошел на такие крайности?
– Вероятно, что-то очень важное, – деловито вклинился Виктор Сергеевич.
– И дорогое, – подсказала я.
– Шантаж! – первой считала мой намек Настя. – Конечно! Татьяна, ты гений!
– Мы просто рассуждаем, – вернула я коллег с небес на землю.
– Ничего однозначного в этом преступлении пока, увы, нет.
– Теперь будто бы картина вырисовывается, – настаивала она. – Жуткая, конечно, но уж с чем имеем дело… Деньги, спрятанные в морозилке, Аннушка получила, шантажируя кого-то!
– И этому кому-то вскоре стало понятно, что одним подношением дело не кончится. Тогда он решает избавиться от компромата, который Ефременко, вероятнее всего, хранила в телефоне.
– А заодно и от Аннушки, – с печалью в голосе выговорила Анастасия Алексеевна.
– Не проще было бы выбрать что-то одно: кражу телефона или убийство? – деловито осведомился Виктор.
– Ага, так бы она телефончик-то и отдала! Она же его из рук не выпускала. Неужели сам не помнишь?
– Ну дали бы по башке, отобрали гаджет, воспользовавшись отпечатком, пока она в отключке. И хватит.
– А потом Ефременко очнется и посадит обидчика? – приняла я сторону Насти.
– Но что за компромат там мог быть? На кого? – не унимался Виктор.
– Мы знаем об угрозах, которые получала Алия Воронцова, так? – заметно приободрилась Анастасия.
– Что-то относительно денег, которые следовало вернуть, как я и рассказывал. Потом заявление с подачи Аннушки женщина забирает, а угрозы чудесным образом прекращаются.
– Чудесным ли? Возможно, вполне закономерно.
– То есть деньги отправителю вернули? – не понял Субботкин.
– Нет, просто компромат перекочевал из рук Алии в Анины, – предположила Настя. – И угрозы Воронцовой стали неактуальны.
