Та не торопится с ответом, значит придется говорить мне.
Я не собиралась рассказывать Тагаеву о целях нашего визита, но обманывать его я тоже не собираюсь. Меня опережает Стефа.
— Мы приехали вернуть долг, — заявляет она прямо.
— Долг? — удивленно переспрашивает Артур, не сводя с матери вопросительного взгляда.
— Да, — киваю, — деньги, которые я получила за аборт. Мы со Стефой сразу договорились их отдать, и я начала откладывать понемногу, как только мы начали зарабатывать."
"— Тебе не следовало этого делать, Настя, — говорит Артур.
— Ты никому ничего не должна.
— Пойми, — заглядываю ему в глаза, — мы ни за что бы их не взяли, если бы я работала или у нас были какие-то сбережения. Но я только закончила первый курс, Стефа давала уроки пения, и она тогда набирала учеников больше, чем часов в сутках.
— Ты тоже пойми, — перебивает Артур. Вижу, он с трудом сдерживает гнев, но его гнев направлен не на меня. И не на Стефу. — Это деньги моего отца.
Он оборачивается к Авроре, которая стоит пунцовая от негодования.
— Как ты думаешь, что бы с тобой сделал отец, если бы узнал, что ты потребовала за эти деньги? Верни их хотя бы ради его памяти.
Аврора отдает карту Артуру, и ее прорывает.
— Да, я жалею. Очень жалею, что Ариана выбрала ваш салон. Я отговаривала ее, но она уперлась как осел, хотела следовать моде. Вот и доигралась. А я так надеялась, что все еще можно исправить! Конечно, раз уж дети есть, пускай они тоже будут, но настоящие, достойные наследники в таких семьях как наши должны рождаться исключительно в браке.
Только вам этого никогда не понять, — она обводит уничижительным взглядом нас со Стефой, — не понять, что значит быть элитой, высшим эшелоном. В конце концов, это огромная ответственность перед обществом — сохранить чистоту крови!
Она замолкает, чтобы перевести дыхание, но продолжить ей я не даю.
— Недавно один умный и влиятельный человек сказал, что так рассуждают необразованные и невежественные особы, потому что генетически люди отличаются друг от друга всего на одну сотую процента, — говорю, глядя Авроре в глаза.
— И еще он сказал, что для мужчины главное — когда свое, родная кровь. Уверена, ваш муж бы с ним согласился. Он знал вашего мужа и отца Артура, и говорил о нем как об очень достойном человеке.
— Это кто такой? — спрашивает Артур с ревнивыми нотками в голосе.
— Ямпольский. Арсен Павлович.
— Ямпольский? — округляет глаза Артур. Аврора тоже не скрывает удивления.
