Пусть в сравнении с Глебом меня можно было смело считать слабачкой, но природная вредность и упрямство не позволяли мне опустить руки и покорно сдаться на растерзание чудовищу.
Я стремительно взлетела на стол, пнула вазочки, подсвечники, дорогущую бутылку вина. Бордовая жидкость расплескалась, испачкав одежду Глеба.
– Допрыгалась! – взревел Широков и ринулся на меня.
Я увернулась, спрыгнула со стола и помчалась из комнаты. По пятам за мной гнался монстр. Я чувствовала его тяжелое дыхание. Слышала его брань и угрозы.
Да, он определенно меня придушит, когда догонит.
Если догонит!
А я понеслась не в спальню на второй этаж, а вниз по лестнице, в подвал. Именно там, я уже знала, была особая комната с прочными дверьми и замками. Был один подвох, ключей от комнаты у меня не было. Однако я знала, что каждые три часа охранник спускается и все проверяет. Такой вот у Широкова протокол безопасности.
И по моим подсчетам время обхода вот-вот наступит. Была вероятность, что Глеб запретил охране появляться в доме ближайшие несколько часов.
Но я понадеялась на чудо.
Мне повезло. С верзилой Мухтаром я столкнулась нос к носу, когда тот, проверив комнату изнутри, выходил из хранилища. Дверь была приоткрыта, а Варгинов замешкался.
– Убью! – рычал Широков мне в затылок, а я прибавила скорость.
– Да что опять стряслось?! – уточнил Мухтар, а я проскользнула в появившийся просвет, увернулась от рук охранника и дернула за тяжелую ручку, чтобы закрыться изнутри, по пути я ладонью шарахнула по панели с кнопками и цифрами, раздался писк.
"
"А еще я кое-что не учла. Широков был слишком близко, умудрился ввалиться следом за мной. По пути Глеб оттолкнул охранника. И то ли верзила не ожидал такого представления, то ли решил не вмешиваться в разборки между шефом и его пленницей, но мы с Широковым оказались в просторной комнате-сейфе вдвоем.
Дверь приглушенно щелкнула, отрезая нас от охраны. А я забилась в самый дальний угол.
– Не подходи...те! – выкрикнула я, выставив руки вперед.
Широков наступал, глядя на меня исподлобья. Мне казалось, он именно сейчас придушит меня. Как раз и свидетелей нет.
Свет в помещении стал тусклым, а потом и вовсе погас, погрузив нас в непроглядный мрак.
– Твою ж, блядь, мать! – заорал Широков так, словно его переехало катком. – В моем доме хренова туча комнат! А ты решила спрятаться здесь?!
– А что такого? – буркнула я. – Только здесь нет кроватей. Я проверяла.
– Ты... ты… ты самая...
