И тут вновь прозвучало проклятое «Беги!»
Да что ж за наказание-то!
Мало что соображая, я, тем не менее, вскочила с кровати и кинулась к выходу.
Уже закрывая за собой дверь, услышала леденящий душу взрык. И дальше звуки как отрезало. За дверью стояла могильная тишина. Хотя, приложив руку к двери, я ощущала страшные удары по ней с той стороны.
Слезы подступили к горлу. Меня-то он успел довести до высшей точки, а сам!.. Как и в прошлый раз, он вышел еще до достижения пика и начал изливаться в пустоту. Но даже этого ему не дали сделать.
Вместо высшего наслаждения его накрыло безумие оборота.
Это же просто кошмар!
Я прислонилась к двери, уперлась лбом в холодный металл. Слезы хлынули градом. Грэй, бедный мой!.. Убить мало тут тварь, что сотворила это!
А я-то наивно надеялась, что здесь, на Инидаре, у нас получится снять проклятие. Что в первый раз не вышло, лишь потому что мир другой — не тот, где было наложено колдовство. Теперь надежды не осталось вовсе.
Глава 37
Тяжелая дверь отворилась, и я упала в объятия Грэя.
— Что случилось? Почему ты плачешь? — тут же встревожился он.
— Ты же вовсе не получаешь удовольствия! — выдавила я, всхлипывая. — Для тебя это только мучение!
— Ну, разрядку-то получаю, хоть и не помню этого, — Рагрияр увлек меня обратно на кровать. — А удовольствие — бездну удовольствия ты даришь мне до того, — мужчина благодарно прильнул к моим губам. И вообще, если не считать проституток, ты у меня первая.
Вот даже как?.. — признаться, я просто обалдела.
Выходит, чтобы не мучить женщин, он никогда и ни с кем не заводил серьезных отношений.
— Кстати, о птичках, — вспомнила я. — Что все-таки случилось с той жрицей любви, что приезжала сюда в начале отбора?
Грэй приподнялся на локте и посмотрел на меня с укором:
— Неужели ты до сих пор думаешь, что я ее разорвал?
Я помотала головой:
— Конечно, не думаю. Но хочется услышать, куда она подевалась.
Он улыбнулся:
— А я-то думал, что сегодня этот вопрос отпадет у тебя раз и навсегда.
И тут до меня дошло:
— Хочешь сказать, она вышла по той потайной лестнице?
— Ты сегодня просто невероятно догадлива, — сказал он издевательским тоном.
Но возмутиться я не успела. Мне сразу же заткнули рот поцелуем.
— Грэй, давай спать, — предложила я, чувствуя, что он опять заводится. А ведь завтра ему, возможно, хорошенько потреплет нервы Фауриваль. Чтобы держать удар, Грэю следует отдохнуть и выспаться.
— Давай, — не стал он спорить.
Ночник в комнате погас.
