А вот мой день, точнее, уже вечер, непременно может быть лучше. И будет.
Музыка становится громче, приглашая гостей в бальный зал, но я замечаю, что многие то и дело возвращаются к столу с нашими угощениями. Даже самые консервативные гости не могут устоять перед соблазном попробовать что-нибудь еще.
Я случайно сталкиваюсь взглядом с герцогом Алброу в толпе. Он салютует мне бокалом, а я пытаюсь высмотреть рядом с ним Эльтерию. Когда они приехали, мне показалось, что она неважно себя чувствует.
Возвращаюсь в особняк, чтобы проверить, всего ли хватает на кухне, но стоит мне сделать несколько шагов, как кто-то хватает меня за руку и тянет в сторону.
Меня утягивают в уголок, рядом с напольной вазой с цветами из нашего сада, а когда я оборачиваюсь, недовольно отступаю.
— Нира Эльтерия? — выгибаю бровь и высвобождаю свою руку из ее холодных тонких пальцев. — Чем обязана?
Яркие волосы только подчеркивают ее странную бледность.
— Адалия, сейчас не до взаимных претензий. Я знаю, что ты обо мне думаешь и как ко мне относишься, — быстро, но очень тихо произносит рыжая.
— Все не так. Тебе лучше тут не оставаться. И… держаться подальше от Тардена.
Я хмурюсь, пытаясь понять, что говорит Эльтерия. Держаться подальше от моего истинного? Глупости какие. И Ранна со мной согласна. Но она же почему-то готова прислушаться к рыжей.
— Ты сейчас пытаешься меня запугать или что? — усмехаюсь я.
Мимо нас проходит мрачный слуга, случайно толкая Эльтерию, которая вздрагивает, словно ждет какого-то нападения.
Провожаю слугу взглядом, пытаясь припомнить, как его зовут… А ведь вроде всех выучила.
— Предупредить, просто предупредить. Сделай вид, что вы поссорились с Арионом, влепи ему пощечину прилюдно, выгони… Что угодно, — Эльтерия снова цепляется за мою руку. — Только дай понять, что между вами ничего нет.
— Зачем? Кому?
Из ее сбивчивых слов ничего не понятно, только глаза лихорадочно блестят. Я уже собираюсь отвести ее в кухню, да усадить и отпаивать тем же чаем, что мне Лира приготовила, но лицо Эльтерии меняется на высокомерно-бесстрастное, и только в глазах сохраняется блеск.
Я не сразу понимаю, что это за блеск, но потом отчетливо осознаю: это страх.
— Моя дорогая сестра, нира Адалия, — словно из ниоткуда сзади возникает герцог Алброу. — Решили по-соседски посплетничать?
Идеально одет и причесан, с идеальными манерами и осанкой. И с такой абсолютно фальшивой улыбкой на лице.
— Да-да, — отвечает ему Эльтерия, — немного спорили.
