Шутят между собой, байки какие-то рассказывают.
Рина не удерживается и тоже к ним присоединяется. Это вызывает у меня теплую улыбку. Мне иногда кажется, что несмотря на свою решительность, она все еще ребенок в душе. А, может, просто ей пришлось когда-то быстро повзрослеть.
Кажется, и я тут начинаю забывать, что мне на самом деле давно не восемнадцать. Хотя кого это волнует, правда? Тем более, мне кажется, что второй шанс на жизнь я использую удачно!
Мы с Вардом все свободное время тратим на доработку механизма для отжима масла.
Остается очень много жмыха, который хоть и можно тоже использовать, но сейчас для меня не очень актуален.
Вард пробует, прикидывает, идет что-то подкручивать, потом снова. Я едва сдерживаю нетерпение, но, как говорится, поспешишь — людей насмешишь. Поэтому нам изначально нужно сделать все по уму, чтобы потом было легче.
Из-за экспериментов у нас получается несколько небольших порций ароматного свежевыжатого масла, которые Лира тут же берет на пробу.
К обеду у нас с Вардом получаются две бутылки процеженного, янтарного, золотящегося в лучах солнца масла.
По двору летают невероятные ароматы, от которых рот наполняется слюной, а живот приятно сводит от голода.
Мы с Риной накрываем детям и себе стол на улице, где к нам присоединяется нотариус.
Тетушка Ли разошлась не на шутку, решив испытать масло во всех возможных его проявлениях. Салат из свежих овощей, сбрызнутый подсолнечным маслом, заиграл совершенно новыми красками, помидоры и огурцы будто раскрыли свой вкус полнее и ярче.
Обжаренные кабачки, смазанный перед подачей хлеб, даже обычная гречневая каша — все заиграло новыми, чуть сладкими, оттенками вкуса и аромата. Дети активно орудуют ложками, даже не болтают друг с другом. Глаза горят, а на лицах — улыбки.
Я тоже не могу скрыть улыбку, потому что все идет пока так, как я хотела. Даже несмотря на то, что Алброу пытается вставить палки в колеса.
— Вам, нира Адалия, нужно оформить патент на получение этого сокровища! — восторженно произносит нотариус.
— Если торговцы не оценят это жидкое золото, то они однозначно идиоты!
Лира обхватывает мои пальцы своей суховатой ладонью:
— Прости меня, — с немного грустной улыбкой произносит она.
— За что?
— Я ведь сначала не верила, — пожимает плечами она. — Больше соглашалась с тобой только потому, что ты же хозяйка. Ну и мало ли что взбредет в головку юной девчонки, которая пытается отстоять свое право на жизнь. Мне даже стыдно.
