— Правда? А я всегда считала, что власть они держат только как обязательства, ведь на них лежит высокая ответственность.
— Так и правда кажется со стороны, — возражает Алброу. — Но они сохраняют верность королю только пока им это выгодно. Как только их что-то не будет устраивать, они тут же откажутся от всех своих обещаний. Вот как, например, тот же генерал Тарден.
Я вся собираюсь, но стараюсь, чтобы не было это внешне заметно.
— Мне казалось всегда, что он очень достойный… дракон.
— Драконы умеют создать вид, нира Адалия, — придавая драматичности своему голосу, произносит Алброу.
— Он обещал Эльтерии жениться на ней, морочил несколько лет голову, а теперь… — Говард разводит руками. — Моя дорогая сестра едва отошла от истерики и уснула.
Вот как… Обещал жениться? И оттого она так вольно себя с ним вела?
Это поселяет определенную смуту в мой и так запутавшийся разум. Но у любой медали есть две стороны: стоит ли мне доверять герцогу? Насколько он правдив?
— Ох, да я вас что-то заговорил совсем, — Алброу встает со стула.
— Пойду все же возьму воду и спать. И вам желаю доброй ночи.
Слежу за ним взглядом. Он уходит так, словно действительно оказался тут случайно. Но он был уже тут, а, значит, не просто так он перепутал двери.
Глава 63. О настойчивости"
"Засыпаю я все же в библиотеке и просыпаюсь от боли в спине и от того, как лучи солнца щекочут мой нос. Открываю глаза и несмотря на то, что тело все ноет от неудобного сна, улыбаюсь. Ураган прошел, новый день настал, и все печали, тревоги, которые одолевали накануне, кажутся неважными.
Сладко потягиваюсь, разминая мышцы, вдыхаю запах библиотеки и убираю книгу, которую так и не открыла, на место. Все же надо читать на свежую голову. И взяться уже, наконец, за ту, про истинность, которая лежит у меня в комнате.
В прошлой ночи есть многое, что сейчас стучится, заставляет меня думать об этом. Но это непременно испортит мне настроение, заставит мое сердце бешено биться и поселит сомнения в моем сердце. Даже имя уже отзывается мурашками и трепетом.
Потому я отодвигаю эти воспоминания от себя. Как будто что-то мне подсказывает, что у него все хорошо.
— Адалия! — Рина с горящими глазами влетает в библиотеку. — Вот ты где, а я тебя ищу!
— Уже нашла, — усмехаюсь я.
— Да! Там же на поле такое! Такое! — со свойственной ей эмоциональностью Рина размахивает руками, а потом хватает меня за запястье и тянет. — Мы так боялись, а там!
Так, ну судя по настроению кузины Варда, “там” страшного ничего.
