— Адалия, ты… — чуть отстранившись и всматриваясь в мои глаза затуманенным желанием взглядом, начинает Тарден.
Но, увы, окончание фразы узнать мне не дано, потому что именно в этот момент где-то в коридоре раздается грохот, визг. А сквозь этот невероятный шум до меня доносится ругань Чеса.
Кровь мгновенно возвращается к мозгам, в том смысле, что я наконец-то начинаю соображать. Идти у страсти и чувств на поводу, рискуя потом остаться с ошметками на месте сердца… Нет уж, спасибо, я там была. Больше не хочу.
Упираюсь руками в плечи Тардена,заставляя его отстраниться.
Он не дает, прижимает к себе, утыкается мне в шею и шумно вдыхает.
— С ней ничего не случится, — говорит Арион.
— С ней — нет, а вот со мной — может, — хрипло произношу я, нервно закусывая припухшие от ласк губы. — Я не игрушка, Тарден. Я женщина, которая и так успела получить много тычков от судьбы.
— Я не позволю больше никому тебя обидеть, — проведя носом вдоль шеи к самому уху, говорит он.
Тяжело сглатываю, чувствуя, как слезы подкатывают к глазам.
Нюни распустила. Соберись, Адалия!
— Начни с себя, — коротко, на выдохе отвечаю я.
Я все же добиваюсь желаемого: Арион перекатывается на спину, стиснув зубы и сдержав стон боли, но на перевязи крови не появляется. Он не сводит с меня глаз, жадно наблюдая, как я поправляю завязки платья на груди.
— Рингу нужна помощь, — говорит Арион.
— Я не девица, чтобы быть спасением для Ринга, Тарден. И ты должен это понимать.
В глазах Тардена мелькает раздражение. Прежде чем он успевает сказать что-то еще, раздается стук в дверь, и на пороге появляется рыжая.
С невинным, даже растерянным выражением лица, театрально испуганными глазками и пустым подносом в руках.
Она уже в сухой одежде, похоже, Рина или Лира ей помогли. На левом плече темнеет синяк, а не щеке ссадина. Вот уж не поверю, что Харрис не смог ей помочь с ними: конечно, так-то больше сочувствия.
Злит.
— Арион, — дрожащим голоском говорит она. — Я хотела принести тебе укрепляющую настойку, но тут в этом… особняке мыши! Я так испугалась!
Как же она меня раздражает.
И ее подвеска тоже — Рина рассказала мне, что такие носят только Избранные. То, что Тарден давно с рыжей, тоже раздражает.
Теперь я знаю, что я тоже Избранная, но… Ариону точно об этом не надо знать, не хочу себя чувствовать выгодным товаром.
— Уходи, — цедит сквозь зубы Арион.
— Да, нира Адалия, я думаю…
— Эльтерия, уходи, — уже жестче говорит Тарден.
Не могу сказать, что меня это не радует.
