Наверное, на фоне всеобщей радости и ликования я выгляжу странно. Но, черт возьми, я сейчас бешусь!
Не замечая на своем пути ничего: ни подозрительного взгляда Алброу, ни ненависти в глазах Эльтерии, ни удивленно поднятые брови прохожих, когда я пробегаю мимо них, — я добегаю до гостиницы, поднимаюсь в свою спальню и закрываю на защелку дверь.
В тишине слишком громким кажется мое тяжелое дыхание. А в голове один за одним возникают эпитеты для Тардена. Но ясно одно: вернусь в поместье, сразу же найду в библиотеке информацию об этой традиции.
Срываю с лица маску, стягиваю платье, оставаясь только в тонкой сорочке, и собираюсь уже пойти в ванную, как дверь на балкон распахивается, и оттуда в комнату входит Тарден.
— Кажется, я советовал тебе закрывать дверь, — усмехается он.
— Она была закрыта, — огрызаюсь я, бросая взгляд на покрывало на кровати.
— Нет, всего лишь прикрыта, — делает еще шаг вперед Арион.
С грацией хищника, вышедшего на охоту, он приближается ко мне.
— Ну конечно, ты же понимаешь только силовые методы сдерживания, да? — вскидываю подбородок, но все же отступаю к стене.
— Просто так не ввалиться в девичью комнату без приглашения ты не можешь?
— А ты бы пригласила?
— Тебя? Ни за что!
— А кого пригласила бы?
— Это только мне решать!
— Ошибаешься, — он в одно молниеносное движение оказывается рядом и вжимает меня в стену своим обжигающе горячим телом. — Как же сильно ты ошибаешься.
Он склоняется и накрывает мои губы жадным поцелуем.
Глава 49.
О взаимных упреках и недомолвках
В этом поцелуе жар, жажда, желание, требование… Все слилось, смешалось, превратилось в опасный смерч, который сносит все преграды на своем пути, всё сопротивление, попытки удержаться на границы разума.
Тарден целует меня собственнически, жадно, словно желая впитать, поглотить без остатка. От его напора кружится голова, мысли путаются. Остаются только первобытные инстинкты, только жгучее желание и жажда обладания.
Его губы настойчиво завладевают моими, погружая в омут страсти.
Я чувствую на языке его мятный вкус с остринкой перца, пьянящий и дурманящий. Его язык врывается в мой рот, покоряя, исследуя, лаская каждый уголок. Он доказывает, что имеет надо мной власть, подчиняя своей неистовой страсти.
Дыхание перехватывает от интенсивности ощущений, пульс учащается. Едва уступив, я пытаюсь дать ему понять, что не готова сдаваться без боя. Наши языки сплетаются в чувственном танце, борясь за главенство.
