Однако пальцы впились в деревянный столб с такой силой, что тот едва не затрещал. – И вообще, замуж тебе пора. Чем скорее, тем лучше. И пока ты не надумала лишнего – замуж за меня.
Едва сдерживая улыбку, я плавно приблизилась к Даррайну, обвила руками крепкую шею и первая робко коснулась его губ своими.
– В моём сердце есть только ты, и никто другой, – прошептала я, глядя в его глаза. – Сильный, добрый, а главное – справедливый. Мой единственный.
Эпилог
Десять лет спустя
– Иди сюда, скорее! – громко зашептала я, рукой подзывая Даррайна.
Орхард, кивнув стражникам, бесшумной походкой направился в мою сторону. За десять лет он почти не изменился, разве что пара морщин углубились на лбу и у внешних уголков глаз, да волос слегка коснулась седина.
– Что такое? – он склонился надо мной, и от его дыхания на моей шее разбежались сладкие мурашки.
Мы вместе уже десять лет, а у меня как и прежде от одного его прикосновения в животе порхают бабочки! Неистово захотелось прильнуть к нему всем телом, прижаться щекой к груди, но сперва – неотложное дело.
Я жестом велела пригнуться и указала в просвет между ветвями цветущего кустарника. Сладкий аромат налившихся бутонов кружил голову, смешиваясь с запахом нагретой солнцем земли.
– Может, стоит вмешаться? – прошептала, кивая на двух подростков, застывших друг напротив друга со сжатыми кулаками.
– Лали на лето поедет к нам, в Кэррей! – запальчиво воскликнул старший сын Иль Кана. – Вы и так видитесь с ней так часто, как пожелаете.
Рэдд – сын Мунхо, так стиснул челюсти, что светлая кожа залилась гневной краской.
– А нечего девочкам делать вдали от дома, – процедил он сквозь зубы. – И вообще, Лали наша. У тебя и так там невест полон дворец. Куда тебе ещё одна?
При этом виновница спора – наша девятилетняя дочурка сидела на каменной скамье с таким безмятежным видом, будто речь шла не о ней. Хотя бьюсь об заклад, она слышала каждое их слово! Тонкие пальчики ловко сплетали венок из белых ромашек, а длинные русые волосы мягкими волнами струились по плечам.
Я прикрыла глаза, вспомнив, как приходилось совмещать учёбу с особенным положением, когда Лали росла под сердцем. Даррайн тогда пошёл мне навстречу и помогал во всём, не запрещая получать знания. Правда, боевой пришлось заменить на артефакторику, к неописуемому счастью Гримстона.
Имя нашей семьи было полностью очищено от злодеяний Залара. Мама вскоре открыла собственную лавку с артефактами, где трудится и по сей день.
