Пусть прошло девять лет, но совести у него за это время явно не прибавилось. Кстати, он на голову выше меня и сильно шире в плечах. Вот возьмет маленькую Кристину и переломит надвое…
О чем я вообще думала, когда сюда шла? Что за муха меня покусала? А ведь покусала – факт. Очень уж мне хотелось высказать Давидяну все, что я о нем думаю.
Сейчас смелости во мне изрядно поубавилось. Единственное, что чувствую – желание оказаться отсюда подальше.
Так… главное не показывать, что я напугана.
Упираю руки в боки и требую, прямо как он еще несколько секунд назад:
– Выпусти меня немедленно! Учти, моя коллега знает, куда я пошла.
Меня будут искать! Светлана вызовет полицию!
Лицо Рафаэля вытягивается.
– Ежова, ты обалдела?! – гаркает он. – Всерьез сейчас будешь пугать меня полицией?
При этом он выглядит совершенно невиноватым, прям агнец небесный, который по умолчанию непогрешим.
– Ежова, ты проглотила язык? – цедит он, буравя меня взглядом. – Или стыдно стало за свои слова?
Стыдно? Мне?!
От этих обвинений инстинкт самосохранения на время отключается.
Меня несет на крыльях гнева и жажды возмездия:
– Это тебе должно быть стыдно! Бесконечно стыдно за то, что ты сделал! Ты изнасиловал меня на выпускном, а я девочкой была! Не смей делать вид, что ничего не было. Как у тебя хватает на такое совести? Она у тебя есть вообще?
– Кристина, – он недоуменно на меня смотрит. – Ты серьезно сейчас?
– А что, похоже, что я шучу? – грозно на него смотрю.
И тут Рафаэль выдает:
– Ты вешалась на меня пьянющая на выпускном!
– Что?! – визжу, вконец шокированная услышанным.
– Я не могла на тебя вешаться!
– Ладно, не вешалась, – кивает Рафаэль. – Это я загнул. Но на танец пригласила. А потом ничего не имела против, когда я тебя целовал. В гостиницу со мной поехала с удовольствием…
В тысячный раз за эти годы я пытаюсь вспомнить, что же со мной случилось той ночью. Обращаюсь к памяти, молю: покажи картинку. Но нет, там белый лист.
– Мы с тобой еще в такси целовались, не помнишь разве? – спрашивает он.
Его слова звучат для меня абсурдно, но в то же время… Неужели это вправду могло быть? Похоже, что я никогда не узнаю.
Горько вздыхаю, признаюсь:
– Нам с подружками дали какой-то коктейль, после которого я вообще ничего не помню. Для меня ночь выпускного прошла мимо.
– То есть как? – Рафаэль озабоченно на меня смотрит. – Совсем ничего не помнишь?
– Совсем, – пожимаю плечами.
И тут он начинает злиться.
