Манипуляторы от бога!
Ева меж тем громко всхлипывает.
Мгновенно трансформируюсь из суперженщины в горе-мать, которая накричала на дочку из-за пустяка.
– Извини, Ев, – пытаюсь ее успокоить.
Снова завожу машину.
Рулю обратно, что делать? Времени жаль – с поездкой обратно это минус час нашего отдыха. А я так хотела посидеть в тени, слопать мороженое, полюбоваться, как дети будут плескаться в детском бассейне.
Через тридцать мучительных минут мы снова оказываемся у родного подъезда.
Пока я решаю, могу ли оставить детей в машине, чтобы быстро сходить за купальником, дочки по одной начинают канючить:
– Мам, я хочу в туалет.
– Мама, чупик надо!
– Ма-а-ам, я тоже чупик хочу…
Понимаю, что оставлять их в машине уже не вариант.
Шумно вздыхаю, уговариваю себя: терпение, только терпение.
Вытаскиваю их из машины по одной.
– Давайте сначала в туалет, а потом чупики, – предлагаю детям. – Заодно захватим купальник Евы.
Но дети в своем желании как никогда единодушны:
– Сначала чупики.
И снова терпение… Терпение и еще раз терпение.
– Пошли, – командую девчачьей банде.
Они берутся за ручки и идут за мной в супермаркет, что располагается на первом этаже нашего дома.
Однако, как только мы оказываемся в отделе сладостей, все трое начинают канючить:
– Печенье хотим! Нет, шоколадные конфеты, мармеладки…
Обалдеть!
Они сейчас этими сластями уделают всю машину. И это минимум.
Делаю слабую попытку сопротивления:
– Договорились на чупа-чупсы!
Но дети неумолимы.
– Ладно, берите что хотите, – наконец сдаюсь, мне сегодня уже море по колено.
– Ура! – кричат они.
С азартом принимаются выбирать, а я мысленно прикидываю, сколько уйдет времени, на то, чтобы они съели это на улице, дабы не тащить сласти в машину. Эх, это во сколько мы попадем в аквапарк…
Краем глаза замечаю, как в отдел сладостей заруливает какой-то мужик в деловом костюме. Он обращается ко мне:
– Девушка, вы разбираетесь, наверное. Помогите выбрать сладкое для детей, мне нужны самые менее аллергенные варианты…
Голос мне незнаком.
Почти. Но как только оборачиваюсь, узнаю лицо говорившего.
Меня пробирает аж до самых внутренностей.
Мой одноклассник Рафаэль, мать его так, Давидян!
Он сильно изменился со школы. Вырос, возмужал, но глаза все те же – темно-коричневые, почти черные, к тому же вид наглый, будто ему все должны, в этом он нисколько не изменился.
– Кристина? – Он тоже меня узнал."
"Оно несложно, в общем-то.
