Бровин передал Седову флешку:
— Здесь, Валера, информация по базам боевиков и по их главарям. Белоногов приказал передать.
— Я в курсе. — Седов положил флешку в карман камуфляжа. — Больше генерал ничего не передавал?
— Только пожелание успешного проведения операции и возвращения в Москву без потерь.
— Ну, это ясно. Скажи ему спасибо.
— Что подсказывает интуиция?
— Ничего. Пока ничего. В принципе задача выполнима. В Афгане будет работать сложнее, но мы и не такие дела проворачивали. Прорвемся.
— Эти новенькие, как — ничего?
— Да вроде ничего; держатся уверенно, спокойно.
В автобусе смотрел на них — никакого мандража; видно, что тоже пороху вдоволь понюхали. Ну, а как поведут себя в бою, это только одному богу известно.
— Белоногов говорил тебе, что ФСБ вышла на главного сообщника Березина?
— Говорил, фамилию только не назвал.
— Некий Кравчук Анатолий Васильевич.
— Теперь размотают клубок…
— Уже разматывают. Вышли еще на одного человека, активно участвовавшего в организованной преступной группировке, созданной Березиным… Не понимаю, чего ему не хватало? Генеральское звание, приличное довольствие, машина, квартира, дача…
— Таким, Гена, как Березин, всегда чего-то не хватает.
— Зимою — лета, осенью — весны? — улыбнулся Бровин.
— Типа того. Только времена года у них выражаются количеством денежных купюр, лучше долларовых или евро. Но сколь веревочке ни виться…
— Это точно… Не понимаю я этих барыг.
— Вот и хорошо, что не понимаешь.
— Белоногов говорил, что решать окончательно вопрос по ним — тебе.
— Решим. Если вернемся, то решим. И жестко, чтобы другим неповадно было.
— Вернетесь, куда ж вы денетесь… Я слыхал, у тебя дама сердца появилась?
Седов укоризненно покачал головой:
— Не пойму, как Крылова до сих пор из Конторы не выгнали. Но дождется, отправят особистом на Кавказ…
— Ты на него зла не держи, он же радуется за тебя.
— И всем спешит сообщить о моих личных делах.
— Не всем, а только своим. Так, значит, это правда?
— Да какая разница, Гена?
— Э-э, не говори, разница большая.
Если человека дома ждут с войны, то у него больше шансов вернуться. Потому как смысл в жизни есть.
— Ладно, заканчиваем разговор, философ, пора и мне на борт.
— Давай, Валера. Удачи вам в Таджикистане и Афгане.
— Спасибо! Увидимся.
Майор пожал руку капитану и поднялся на борт «Ил-76».
В 23.00, взревев двигателями, десантный самолет покатился по бетонке, плавно оторвался от земли и, убрав шасси, начал резкий подъем с набором скорости, выходя на курс.
