"
"Капитан поднялся и быстрым шагом, держа винтовку одной рукой за спиной, направился к посту. Он прошел метров десять, когда его заметил часовой. И тут оправдался расчет турецкого спецназовца: фактор неожиданности сыграл свою роль. Часовой, оставив пулемет и подняв автомат, перешел к восточной части бруствера и крикнул:
— Эй! Кто идет?
Ветер унес его вопрос на запад.
— Не видишь? Свои.
— Не вижу. Стой!
— Да брось! Меня к вам Харун послал.
— Стоять! Туркай связался бы со мной по связи… Стоять, я сказал, или стреляю!
— Хоп! Стою, — сделав еще пять шагов, ответил Бек, остановившись.
— Вот и стой там, а я вызову начальника караула. Подними руки вверх и назови себя.
— Али Кураш, — назвал Бек первое пришедшее в голову афганское имя.
— Кто? Какой Кураш?! А ну, руки вверх!
— Может, прикажешь еще и лечь?
— Стоять, чтобы я видел тебя!
— Как скажешь, брат…
Озбек поднял правую руку.
Часовой уже достал портативную рацию, когда, получив сигнал, Давыдюк выстрелил. Пуля попала моджахеду между глаз, отбросив тело к противоположному брустверу.
Выхватив нож и бросив винтовку, капитан Озбек рванулся к «чаше» поста. Второй часовой, разбуженный криками напарника, вскочил на ноги, передернув затворную раму автомата. Давыдюк мог бы снять и второго часового, но с ним на линии огня оказался Озбек. Моджахед повернулся на восток и тут же был сбит с ног ударом рукоятки ножа прыгнувшего через бруствер капитана. Автомат вылетел из рук душмана. Он попытался вскочить, но Озбек резким движением рассек ему горло.
Бандит, схватившись обеими руками за глубокую рану, захрипел, завалившись на бок. Бек протер нож о камуфлированную куртку душмана, тело которого начали пробивать предсмертные судороги. Капитан поднял рацию первого часового. Положив станцию на кошму, Бек подал сигнал Давыдюку. Тот перебежал на пост и осмотрел трупы.
— А ловко мы их, да, Бек? И прочухаться, суки, не успели!
— Ну вот, а ты говорил…
— А что я? Я же согласился с тобой. Хотя до сих пор считаю, что ты выбрал не самый оптимальный вариант.
— И давно ты это понял?
— Как только увидел реакцию первого часового. Создай мы шум в стороне, он среагировал бы так же и поднял второго часового. Тут-то мы их обоих и приземлили бы…
— Что теперь об этом, Давыд? Давай-ка расчисти пост, а я свяжусь с командиром…
Давыдюк занялся телами часовых, а Озбек вызвал по связи командира отряда:
— Седой, это Бек. Пост свободен!
— Молодцы! Следите за обстановкой, идем к вам.
