— Ты пережил всех своих людей, барон, — произнёс я ровным голосом.
— Ты — тоже! — сдавленно прохрипел он из ящика. — Кто бы там ни был в той машине… они мертвы!
— Это вряд ли, — хмыкнул я.
Я чувствовал, как ранее ко мне в Метку стабильно летела энергия-опыт с того направления, куда уехал «Медведь».
— Тварь! Ты хочешь поглумиться надо мной?! — рявкнул он, пытаясь справиться с шипами живоловки. Я ему в этом помог чем мог — уменьшил давление своей техники, чтобы немного поговорить с бароном.
— Не имею ни малейшего желания, — хмуро произнёс я.
— Послушай, Зябликов. У тебя сейчас есть выбор. Если расскажешь мне, что сейчас творится с остатками фракции Дмитрия, кто куда собирается присоединиться, к кому уже обращались другие царевичи, то я выпущу тебя из живоловки. Я дам тебе возможность честно сразиться со мной один на один. И даже не стану уничтожать твой род — дам наследникам возможность пойти на мировую. Ты должен понимать, что это хорошее предложение. Попытаться хоть ненадолго унять свои чувства и ответить мне на мой вопрос.
«Ну а потом, конечно же, выплеснуть эти чувства и умереть от моей руки», — мысленно закончил я.
Зябликов молчал довольно долго. Если бы я не чувствовал его энергию и, что важнее не ощущал бы то, как он пытается обуздать свою жажду крови, я бы подумал, что он там уже сдох.
— Согласен! Выпусти меня! Я всё скажу!
Стены ящика-живоловки исчезли.
В руке Зябликова тут же материализовалось копьё. Барон был слишком близко ко мне. Ему даже не нужно было и шаг делать — достаточно дёрнуть рукой вверх, чтобы копьё вонзилось мне в нижнюю челюсть.
Кунай вошёл прямо в лоб Зябликова, не успевшего толком напитать покров. А вот его копьё лишь чиркнуло мой покров, совершенно его не повредив.
— А ведь это была неплохая сделка, — вздохнул я, глядя на труп барона. — Умереть в бою, помочь роду… Никак вы, млять, не научитесь головой думать.
Ещё раз вздохнув, я отозвал в оруженосец броню и меч.
— Это твой выбор, — сказал я трупу Зябликова напоследок.
— Нужную информацию мы и так получим."
"Хотя я уже почти уверен, что и так знаю, что станет с остатками фракции Дмитрия. Его полнородный братец — Михаил, тот ещё сноб. Чванливый высокомерный засранец — именно таким я его запомнил — всё чаще в памяти всплывают события моего местного детства.
Да, Михаил тот ещё мерзавец. Но мерзавец умный, который своего не упустит. Он до сих пор не огласил то, что императрица Елена мертва. Про Диму тоже молчок.
