— Меня только один интересует. Владо Диляра. Знаешь?…
Глава 6
Служебная деформация
Виктор— Диляра Владо?…
Прислушиваюсь к себе, с удивлением понимая, что… накрывает меня ревнивым бешенством к племяшу. Контролируемым. Но от этого не менее чувствительным.
Как интересно… Красивая, конечно. Но… Сильные женщины — это не мое. Давно не влекут. На службе переел еще по молодости.
И настолько нелепо это чувство для меня, что я растерянно улыбаюсь своим болезненным ощущениям.
— Ну знаю, допустим. Дело читал. Собеседовал.
— Возьми ее… Зачем маринуешь?
Вот прожженная девица, быстро сообразила, через кого надавить!
— Это она тебя о протекции попросила?
— Нет. Не просила. Поинтересовался — поделилась.
— Ну да, как же.
Теперь тем более не возьму!
— Да отвечаю — не просила! — начинает пениться Иван.
— Когда успел познакомиться?
— В спортзале сегодня… — пожимает плечами.
— Она подошла?
— Неа… Я.
— Зачем?
Цокает языком, закатывая глаза.
— Дядька, тебе ж сорок два, а не семьдесят. Ты меня пугаешь!
— Служба у меня такая, Иван.
— Ну а у меня-то нет! Могу я с девчонкой красивой познакомиться?
— Она тебя старше, какая она тебе девчонка?
— Реально? — удивленно поднимает брови.
— Реально. У нее вышка. Два года работы в ментовке, а потом академия. Посчитай…
— Ой, да год-два разницы, — пренебрежительно фыркает он.
Да, на самом деле это вообще никакой роли не играет. С чего я его отговариваю?
— Возьми ее.
— Нет.
— Почему?
— Мутная она.
— У тебя все мутные!
— Служебная деформация.
— Но кого-то же ты возьмешь!
— Кого-то возьму…
— Теперь получилось, что я ей медвежью услугу оказал? О которой она еще и не просила? Стремно вышло, — зло тушит сигарету.
— Ладно. Обещаю твою протекцию в решении не учитывать.
Вздыхает.
— Спасибо и на этом.
На лоджию выходит мать с мокрыми полотенцами.
— Накурили… — осуждающе.
Молча открываем пошире окна, чтобы быстрей проветрилось. Мать развешивает полотенца.
— А Андрюхе ты с Варей помог… — недовольно прищуривается племяш.
— Так ты не сравнивай.
Варя — мать двух Зольниковых. А Диляра кто?
— Смотри, дядька, женюсь — потом не отмажешься.
И меня опять скручивает от жгущих ощущений.
— Я те женюсь! Молоко еще на губах не обсохло. И вообще заканчивай свои подкаты к моим сотрудникам.
— Так твоим или не твоим?
— Сам-то когда женишься? — вздыхает мать. — Уже и не чаю я внуков от тебя дождаться.
— Да ладно, мам, какие мне дети уже.
— И за что ты только так женщин не любишь? Вроде не обижала я тебя маленького.
