Веду пальцем по распоряжению. Какие подразделения на каких объектах. Госпиталь. Подразделение капитана Терёхина.
— Терёхин, стой! — догоняю его на выходе. — Госпиталь твои охраняют?
— Мои. А что хотел?
Задумчиво стучу пальцами по косяку.
— Ещё не знаю. Какой уровень доступа сейчас? Я пройду?
— Неа… Завтра допросят нашу вип-персону и переведут в камеру. Тогда пройдёшь.
— ВИП — это какую? С которым я подорвался?
— Его, ага.
— А он что, в себя пришёл?
— А чего это ты такой любопытный? — ухмыляется Терёхин.
Да я и так уже понял, что пришёл.
— Как это в камеру, подожди?!
Вдруг до меня доходит, что в камеру я Диляру точно не проведу. И сам в неё не попаду.
Ммм…
Медсестричка та, Алёна… Я же позвонить ей обещал… У медперсонала по-любому доступ есть…
Достаю из кармана трезвонящий телефон. Варвара!
— Привет, Варь.
— Добрый вечер, Иван. Ждём тебя на ужин. Марья Васильевна уезжает же завтра. Вот, решили все собраться.
— Здорово… — машинально бормочу я.
Мои мысли сейчас не здесь.
— Так ты приедешь?
— Да, за бабушкой только заеду и сразу… мхм… Пацанам купить что-нибудь?
— Бананов купи, — в голосе Вари улыбка.
И я опять с тоской закрываю глаза. Тоже так хочу… Но моя зазноба в плену у Яги… А надо было забить на резинки! Вколачиваю кулак в косяк. Была бы сейчас беременная, совсем по-другому бы наша сказка писалась. Беременную тронуть он бы её не посмел. А помочь — и так бы помог. Как Андрюхе с Варей. Дети для него — святое. Тем более, наши, Зольниковы.
Дома успеваю заскочить в душ и переодеться.
Из заднего кармана джинсов сыпятся презервативы. Сгребаю с пола, засовываю в шкаф. Мне не грозит…
А от того, что грозит ЕМУ, меня скручивает от приступа ревности и бешенства."
"Вспоминаю наш секс в тачке, потом в гостинице… Несдержанную и горячую мою тигрицу, жадную до моего тела и удовольствий. И… не могу представить её с ним. Никак не могу. Такие хищные девочки в неволе не трахаются.
— Иван?
— Что, ба?
— У тебя что-то болит?
— Болит…
Всё у меня болит.
— А как девушку твою зовут?
— Диляра… Только не моя она больше.
— Диляра… — задумчиво. — Поссорились?
— Нет.
— Ну что ж тебя трясёт-то всего?! Сил смотреть нет!
Закрываю глаза. Вдох-выдох.
— Да всё путём, ба! — выдавливаю из себя весёлую улыбку. — Я просто в процессе…
Открываю бабушке дверь машины. Пока веду, бабушка не сводит с меня глаз.
— Другого, что ли, выбрала?
Бабушка у нас и следователь, и экстрасенс в одном лице. По детству все наши нычки с сигаретами за пять минут вычисляла.
