В реалиях нового мира даже не надеялась на спасение, в этом мире ни один мужчина не показал себя достойно, ни мужья Лилианы, ни отцы, ни вот эти варвары."
"Когда поднялась занавес, подняла голову и уставилась в необычные сиреневые глаза. Мне показалось, это просто очень реалистичная скульптура. Его глаза иногда светились, как у кошки, от бликов светильников и прожекторов. Я не видела всего лица, только глаза, остальное было в тени и слишком большое, что ли. Отвлеклась, лишь когда в середину вывели Тарику. Моя верная помощница.
Перевела взгляд, выискивая разбойника. Я согласна, пусть выкупает меня, но вместе с Тарикой согласна остаться, лишь бы её освободить. Она ведь из-за меня попала в их лапы, так бы жила в столице, работала с другими калеками и горя не знала. Он улыбнулся уголком губ и подмигнул. Паяц.
На что я надеялась? Отвернулась, снова натыкаясь на эти необычные глаза. Распорядитель дошёл до меня, слащаво улыбнулся, откинул волосы назад, оголяя плечи, и начал рекламировать «товар». Я слушала вполуха, будто говорят не обо мне, будто не я тут живой товар, которого будут покупать.
Даже когда начались торги, апатично осматривала зрителей и покупателей, постоянно наталкиваясь на сиреневые глаза. Он, к слову, не участвовал в торгах до последнего, зато мой похититель вовсю поднимал цену и предвкушающе улыбался. Но я досталась именно сиреневоглазому. Он громогласно удвоил сумму, меня тут же подхватили под руки и подвели к его диванчику.
У меня пропал дар речи от внешности покупателя. Он был страшным, нет, скорее уродливым и, кажется, болел чем-то, так как не мог контролировать лицевые мышцы.
Я замерла, когда он поднял меня, старалась не дышать, старалась не впасть в истерику. Почему-то пах он приятно, как-то располагающе, но уж эта страшная морда. Его сложно назвать человеческой, может быть, это орк?
Мужчина усадил меня в чёрную закрытую машину и ушёл обратно в клуб. Наверное, покупать ещё женщин. Сколько прошло через его руки? Может, он издевается над ними. Я подёргала ручки, но двери были заблокированы.
Просидела в напряжении около двух часов, всматриваясь в окно и ожидая бугая. Он вышел из клуба, когда совсем стемнело, весь в пятнах крови, костяшки рук сбиты, лицо ещё уродливее, чем было. К нему подошёл мой похититель, и они заспорили. Разговор не слышала, наверное, разбойник хотел выкупить меня, а это страшилище отказало ему. Он повернулся ко мне лицом и ощерился, показывая огромный зубастый рот. Сглотнула, стараясь смотреть только в глаза.
