Я же никак не могла прийти в себя."
"– Мама, теперь твоя очередь! – напомнил мне сын.
– Что?
– Ты должна надеть кольцо Владу! – объяснил Егор.
Ревский подставил свою руку.
Лицедей! Артист! Притворщик!
Но ради ребенка, я сыграю по его правилам! Я надела кольцо на руку Ревскому.
Егор облегченно выдохнул и широко улыбался!
– Теперь тебе не обязательно уходить! И ты можешь остаться с нами, – сообщил Ревскому Егор.
– Егор, прости. Но сегодня мне будет нужно уехать! Я вернусь через несколько дней! И уже никогда, слышишь, никогда не уеду! – произнес еще одну ложь Ревский.
– М-м-м, моя любимая картошка с грибами?
Когда мы были в Новопокровке, Влад рассказал, что его самое любимое блюдо – жареная картошка с грибами со сметаной! И Егор выбрал именно его!
У меня же в горле стоял ком, и я не могла проглотить ни кусочка. Обида душила, а слезы готовы вот-вот предательски показаться!
– Мам, ты почему не ешь? Тебе не нравится?
– Нравится, – единственное слово далось мне с трудом.
– Давай, я добавлю тебе сметаны! – предложил Ревский, и прежде, чем я успела возразить, добавил большую ложку мне на тарелку. – Так вкуснее! Хочешь, я тебя покормлю? – Ревский подцепил немного картошки и поднес к моему рту.
– Да! – развеселился Егор.
– Не надо. Я сама, – забрала у него свою вилку.
И грибы, и картошку, и даже несчастную сметану мне пришлось съесть! Это был первый раз, который вышел мне боком! Сама ведь учила Егора все доедать!
– Егор, Вера, прошу меня простить, но мне уже пора, – сказал Влад, глядя на часы.
– Мне ужасно не хочется уходить!
– Я тоже не хочу, чтобы ты уходил! – тут же воскликнул Егор. – Но я все понимаю!
– Спасибо! – сказал Влад и посмотрел на меня.
Мне нечего ему было сказать! Точнее, сказать я хотела очень, очень много! Но не при Егоре! Надеюсь, что больше никогда его не увижу! Потому что так открыто и нагло мне еще никто не лгал! И Егору!
И он ушел.
Глава 27.
Влад. Точки над «ё».
За несколько дней до свадьбы брата.
Информация, ради которой Кудряшов так бесцеремонно вмешался, того стоила. Я тогда сильно хотел настучать ему по макушке, но выслушав айтишника, остыл. Иван предложил сыграть по правилам того, кто до сих пор пытался подорвать компанию отца. Кто это и какую конечную цель преследовал, было не понятно. То ли просто убрать конкурента с рынка, то ли обанкротить и выкупить. Но то, с какой настойчивостью пытались это сделать, говорило о решительном настрое.
