Два высоких парня в черных шапках надвигаются на нас, освещая себе путь большими фонарями. При виде меня и Лины, застывают на месте, словно в ступоре. Кидаю взгляд на мою девочку, и прихожу в еще больший ужас. В свете, ее лицо еще бледнее, губы почти синие, вся мокрая, волосы прилипли к лицу, в одном платье и разорванных на коленях колготках. А самое страшное, что я даже сейчас не ощущаю ее дыхание, пытаюсь убрать с ее лица прилипшие волосы, замечаю кровь на ее голове.
- Лучше не трогайте ее, - предостерегает меня парень, набирая чей-то номер.
- Вызовите скорую! Немедленно вызовите чертову скорую! - требую я, крича во все горло, смотрю, как они подчиняются мне, куда-то звонят, с кем-то разговаривают, но в их глазах такая обреченность и даже жалость ко мне. Кусаю собственные губы, повторяя ее имя, зову, прошу услышать меня, открыть глаза, подать хоть какие-то признаки жизни. Но моя девочка не слышит меня, не реагирует. Словно ее здесь нет, а тело рядом со мной, всего лишь похожая на нее оболочка.
Нет, она здесь, и она жива! Судьба, Бог, или кто там еще играет со мной в эту гребаную игру, они не могут забрать ее у меня. Я уже не чувствую собственного тела, словно я онемевший, вожу руками по хрупкому телу моего Ангела, боясь дотронуться до нее сильнее. Жуткое, болевое жжение в груди не дает мне дышать."
"- Маленькая моя, потерпи немного, сейчас, сейчас... , - сам не понимаю собственных слов, прикасаюсь губами к ее ледяным, бледным щекам, в тысячный раз пытаясь почувствовать ее дыхание.
- Не оставляй меня, мой Ангел, не уходи. Прошу тебя маленькая. Я же не смогу без тебя! Будь со мной! Меня не будет, если не будет тебя! Останься. Пожалуйста... Пожалуйста... , - бесконтрольно целую ее холодную, нежную кожу. Опять застываю, замираю, не дыша, не отрывая губ от ее щеки, и слушаю тишину, мертвую тишину, вызывающую во мне лихорадочную дрожь, разрывающую меня на куски. Пульс. Мне нужно нащупать ее пульс. Подношу руку на шею к сонной артерии, а прикоснуться боюсь, руки отказываются работать.
Мне страшно не ощутить под своими пальцами биение ее сердца. Пока у меня есть надежда, и я не хочу ее терять, не ощутив ее пульс. Если я почувствую, что ее сердце остановилось, то мое тоже перестанет биться в ту же минуту. Но я преодолеваю это чертово сопротивление, и все-таки прикладываю пальцы к ее нежной коже на шее в районе сонной артерии.
ГЛАВА 11
ГЛАВА 11
Алексей
Я возненавидел больницы.