– Я пока не Ирбис, – подметила девушка.
– К утру мы этот промах исправим, малышка, – подмигнул Тихон, а в палату коротко постучали. Дверь приоткрылась. В проеме мелькнула невозмутимая физиономия Роберта.
– Ужин привезли, есть будем? – поинтересовался брат.
– Тебе лишь бы пожрать, – проворчал Ирбис и поднялся со своего места, – я быстро, маленькая. Соскучиться не успеешь.
– Тиша..., – вздохнула Фрося, однако Ирбис медленно покачал головой, будто говоря, что тема закрыта, и, приняв это, девушка шепнула: – Будь осторожен.
– И...?
– И я тебя люблю, Ирбис!
В ответ Рыжик получила жадный и многообещающий поцелуй. Вот теперь все хорошо. Теперь Тихон был уверен, что Фрося в полном порядке. Хотя, за последние несколько часов он поволновался на пару лет вперед. Скорее всего, поседел. Но это все ерунда. Главное, у них с Рыжиком все отлично.
* * *"
"Спустя два часа, как и планировалось, Тихон вернулся в клинику. Фрося уже спала. Врачи решили оставить девушку на ночь под наблюдением. Переговорив с докторами, Ирбис вошел в палату.
Вся родня тихонько прокралась в коридор, оставив Тишу наедине с Фросей. Хорошо, когда семья понимающая. Тихон это давно усвоил.
Парень осторожно присел рядом с койкой.
Черт, устал он немного. Но зато все позади. Все решили, утрясли.
После непродолжительных переговоров и вмешательства старшего поколения клана Ирбисов, Измайловы добровольно отправили дочурку на лечение заграницу. Психлечебницу выбрали качественную. Измайловы согласились, что это максимально выгодный для них исход дела.
Хотя, Тихон требовал совсем иного решения. Более бескомпромиссного.
А вот с мразью-преподом никаких поблажек не было. Не стало Котика, и даже в университете такого ценного кадра никто не начал искать. Наоборот, завтра вспомнят, что молодой профессор не раз и не два получал выговоры за аморальное поведение, да и появятся вдруг студентки с жалобами на домогательства. Словом, исчез человек, и все обрадуются. А на счет вуза уже поступил денежный перевод от благотворительного фонда.
Все довольны, а нападение на студентку-первокурсницу останется лишь в памяти ее мужа.
– Привет, – от мыслей Тихона отвлек сиплый сонный голос любимой девушки.
– Привет, малышка, – улыбнулся Ирбис.
– Ляжешь рядом?
– Не поместимся, – с сожалением вздохнул Тихон, – а хотя.
Через секунду Тиша уже блаженно выдохнул. Он лежал на узкой кровати, а поверх него, обнимая и доверчиво прижимаясь, устроилась Рыжик.
– Кайф, да? – шепнул Ирбис.
