— Ну что за дырявая голова!
— Вик, ну может хватит, — Олег забирает Даню с весов и кладет на пеленальный столик. — Сколько раз можно говорить, он съел столько, сколько ему надо. Я выкину эти весы к чертовой бабушке.
— Я понимаю, что местами и временами ты провидец, но не всегда. Ты не можешь знать наверняка наелся он или нет.
— Иди сюда, — берет меня за руку и тянет к столику. — Смотри.
— Смотрю. С живчиками ты, конечно, договорился хорошо, но не на отлично. Самарчик только один. Где второй, Самарский?
— Прекрати его так называть.
— А что тебе не нравится?
— А если бы это была девочка, она бы кем стала? Самарчуха?
— Вот ты тугодум. Она бы стала самаринкой. Самарчик и самаринка.
— Признаю, не додумался. Самаринка ничего так звучит.
— Самарчик тоже.
— Вик, ну а вообще это уже не серьезно, называй его по имени. Еще раз спрашиваю, каким ты сейчас видишь Даню?
— Красивым и синеглазым. Весь в тебя.
— Спасибо, но я снова не об этом. Он спокойный, понимаешь? Наелся и спит, скоро в памперс надует. Ему хорошо, — по слогам проговаривает Олег и закутывает нашего Даньку.
— Пойдемте, покажу вам кое-что.
— Нам?
— Да, тебе и Дане. Кофту накинь, там прохладно.
Надеваю свитер под зорким взглядом моего мужа, и мы спускаемся вместе с Даней на улицу, а именно на задний дворик.
— Итак, — вполне серьезно произносит Олег, крепко прижимая Даню к себе. — Дом построен, сын рожден, теперь и дерево посажено. Ну как, нравится?
— Ааа, это саженец, а что за дерево?
— Популюс нигра.
— По-русски, пожалуйста.
— А как ты думаешь?
— Ну, исходя из названия-это черная попа?
— Нет, глупышка, это тополь.
— А счастье было так возможно.
— Тебе что не нравится?
— Олег, ты серьезно? Мне должен нравится тополь? Тополь, который будет давать нескончаемый тополиный пух? Тебе что, денег не хватило на нормальное дерево? Какое название, блин, такое и дерево.
— Ничего страшного, зато тополь-это природный фильтр загрязненного воздуха.
— Замечательно, я рада за твои познания животного и растительного мира, только пусть он очищает воздух в городе, а у нас и так чисто.
И вообще, пойдем в дом, судя по запаху, наш самарчик уже поработал своим популюсом.
— Ну вот зачем ты все испортила? Я знаешь сколько эту яму рыл?
— Не знаю и знать не хочу. Вечером его не должно быть здесь. Я мать, мне виднее и все такое.
— А Дане нравится это дерево.
— Конечно, нравится, он аж от блаженства просит поменять ему памперс. А если серьезно, пойдем домой, — подхожу к Олегу и целую его в губы.
