Я осознал, что готов был попробовать снова стать женатым мужчиной… Готов был принять близнецов и воспитывать их как своих детей. Готов был взять в супруги ту, которая по слухам хуже бордельной девки, а на деле – совершенно другая…
– Только бы она не спустила меня задницей с крыльца, – нервно усмехнулся, чувствуя, как меня потряхивает.
Я был взбудоражен своим решением. Не знаю, правильное ли оно, но сердце шептало, чтобы я не медлил. Чтобы отправился прямо сейчас и самолично все проверил.
Открыв тайник, вытащил оттуда семейный перстенек, который принадлежал моей матушке.
У меня их было два, один забрала Рината и покушалась на второй, но я ей отказал. Будто чувствовал, что отдавать его не стоит. И сейчас понимал, что поступил правильно.
Метнулся к Шартану, прося прощения у животного, что потревожил его сон.
Летел на огромной скорости, словно за мной гнались сами черти.
Я был настроен решительно. Только сейчас понял, что хочу видеть Патрисию своей женой. Мне нравилась она, как женщина, как хозяйка и будущая мать…"
"«Тебе еще согласия никто не дал, а ты уже тут слюни о детях развесил!» – усмехнулся своим мыслям, чувствуя, что словно парю над землей, не желая, чтобы это воодушевление прекращалось.
Сильно волновало, что Трис рассмеется в глаза. Что будет издеваться, услышав мое предложение. Но голос внутри шептал, что она никогда так не сделает. Между нами были чувства. Ведь невозможно подарить мужчине столько эмоции при соприкосновении губ, не испытывая хоть каплю из них.
За своими мыслями чуть не свалился с коня, когда в голове снова раздался злосчастный гул, оповещая, что возле дома Патрисии чужаки. И вот то, что они явились на ночь глядя, это мне совершенно не понравилось…
34. Ну кто бы сомневался!
Виктория
Не знаю, поступила ли я правильно, но на тот момент, когда появился Кристиан, внутри меня что-то щелкнуло, превращая графа в источник всех проблем. Это сейчас, разгребая завал книг в библиотеке, я прокручивала в голове наш разговор, понимая, что погорячилась.
Ведь Кристиан не виноват, что приглянулся столь неадекватной женщине. Он и сам страдает от ее действий.
Я просто очень сильно испугалась. Сидя на полу и прижимаясь спиной к входной двери, едва могла дышать, понимая, что если бы не Бельен, то быть мне неведомо кем. Ведь и дураку было понятно, что неспроста у меня появилась столь непреодолимая тяга надеть на себя эту чертову подвеску.
