Зажмуриваюсь и щелкаю боковую кнопку, блокируя телефон.
—Да? — кусаю губы и прячу смартфон за спину.
Илья кидает полотенце на кровать, а потом садится на нее сам.
— У нас что-то случилось? — хмурится. Рассматривает меня.
Мотаю головой. Хватаю ртом воздух и делаю шаг назад. А что если просто ошиблись номером? Не могу поверить во все это. Просто не могу. Быть такого не может.
— Тебе сообщение пришло…
— А где телефон? — оглядывается, а потом наши взгляды пересекаются.
Глаза в глаза.
— Свет? — чуть давит голосом.
— Что у тебя там? Ты рылась в моем телефоне, малышка?
— Ты правда был в командировке эту неделю?
Илья приподнимет брови. Выглядит абсолютно спокойным.
— А где мне еще быть? — спрашивает вкрадчиво, но смотрит при этом на мою руку, ту что я прячу за спиной. — Отдай телефон, Светик.
— Анж видела тебя вчера в клинике. У нее там сестра работает.
— У нее богатое воображение.
— Твоя любовница беременна, Илья. Она написала тебе, что малыш уже толкается, — показываю ему телефон.
Илья упирается кулаком в матрац.
Я замечаю прилив раздражение на его лице, но он быстро берет себя в руки. Улыбается.
— Давай поговорим спокойно.
Муж смотрит мне в глаза, а у меня земля из-под ног уходит.
Значит, это правда?
Глава 2
— Давай его сюда, — забирает у меня телефон и бросает его на кровать. — Свет, —протягивает мне руку, и я нерешительно вкладываю свои пальцы ему в ладонь.
Это происходит по привычке. Я ему доверяла очень много лет. Он был для меня всем. Мы любили друг друга, в конце концов.
Как он мог? Зачем он это сделал?
— Ответь, это правда, Илья?
— Правда.
— Мы же договаривались, — говорю полушепотом, — помнишь? Если нашим отношениям все, то мы говорим об этом прямо. Без грязи и предательства. Илья… Без измен. Ты понимаешь, что ты наделал? Я же любила тебя. Я думала, что у нас…
— Я все прекрасно помню, Света. Мне было двадцать лет, со временем многое меняется. Прости, так получилось. Но это не значит, что я не люблю тебя, понимаешь?
— Не понимаю, — пытаюсь высвободить руку, но Илья только крепче ее сжимает.
Каждая моя попытка оборачивается тем, что я оказываюсь ближе к нему.
— Разве нам плохо вместе?
Илья поднимается. Вырастает надо мной каменной глыбой. Заглядывает в глаза, переплетает наши пальцы.
Мы стоим друг перед другом голые. В такой патовой ситуации на мне нет одежды, и это лишь усугубляет положение. Я полностью беззащитна и обнажена перед ним, душой и телом.
— Родная, это ничего не значит. Ее беременность.
