Потом позвонила Феду и попросила его через Левчика Гущина узнать об этой ситуации поподробнее. В общем, твой Калашников действительно избил Старицкого. Сильно. До потери сознания. И вроде даже разбил его машину. Артем узнал его, выяснил, кто он такой. Откуда-то прознал про ваш роман и решил нагадить Калашникову по первому разряду.
Я поднесла руку к губам и меня вновь начали раздирать слезы.
— Алиса, ты обещала! — неожиданно резко оборвала меня Венера. — Соберись! Я говорю серьезные вещи!
Я сжала кулаки и кивнула в знак того, что готова слушать дальше.
— Короче, Артем хочет обвинить Калашникова не просто в нападении, а в разбое. Якобы Ярослав отобрал у него телефон, деньги и другое ценное имущество. Мало того, у него есть план повесить на Калашникова и другие нераскрытые дела, связанные с грабежом. А это до восьми лет лишения свободы. Но самый ужас в том, что у Старицкого это реально может получиться, ведь связи в таких кругах решают многое. А ты сама знаешь, Артем учится на юридическом.
У Гущина отец вообще судья, так что… Дело очень хреновое, Алиса.
— Венера, что делать? Что мне делать? — в ужасе застонала я.
— Я вижу выход. Один. Единственный. У Старицкого старшего проблемы в бизнесе, и дружеские связи с нашим отцом для него сейчас крайне важны, — Венера обхватила мои плечи и уперлась в меня прямым серьезным взглядом. — Алиса, слушай внимательно. Ты должна подойти как папе. Не дома. Так, чтобы мамы не было рядом, иначе у тебя не будет шансов. Иди к нему в офис и проси за Калашникова.
Я не уверена, но мне кажется, если отец реально захочет, то он сможет спасти Ярослава, сможет повлиять на Старицких.
— Ты думаешь, он согласится? — с силой кусая кончик своих волос, спросила я.
— Я не знаю. Когда я подслушивала их с мамой разговор, я поняла, что он тоже против твоих с Калашниковым отношений. Но настроен не так воинственно, как она. Мне кажется, он сможет помочь тебе, но на своих условия. А ты согласишься на все, что он скажет. Другого выхода у тебя просто-напросто нет, поняла?
— Поняла.
Я пойду к нему прямо сейчас!
— Ты в своем уме?! Сейчас два часа ночи!
— Что? — я растерянна оглянулась на окно, и до меня только сейчас дошло, что на улице темно.
Я прорыдала в комнате больше двенадцати часов и даже не поняла этого.
— Фед позвонил мне поздно вечером, и я думала, ты спишь. Хотел рассказать все утром. Но потом ты заверещала на весь дом… В общем, Алиса, ложись спать. Постарайся уснуть. Завтра новый день.
