- Алиев, - шипит Настя. – А ты не в курсе? Вы ж лучшие друзья, сами говорили.
Он цокает.
- У нас возникли разногласия, - недовольно отвечает, игнорируя девушку справа. – Ладно, разберусь. Поеду.
Жмем руки и прощаемся. Настя с Андреем тоже вскоре уезжают. Еще час трачу на то, чтобы проводить всех гостей и возвращаюсь в свой рабочий кабинет. Звоню с пожеланием спокойной ночи дочерям на мобильный, игнорируя их мать.
Подала очередную апелляцию, дурная.
Никак не успокоится, что проиграла. Слава богу, что все в прошлом.
Адвокаты заверяют, максимум чего она добьется – это отмена последнего решения, за которым последует идентичное. Человеческая натура такова, что привыкает ко всему. Так и я привык жить в постоянном судебном процессе. Стал спокойнее и уже не реагирую на очередные уведомления."
"Мой бизнес остался со мной. В жизни своих детей я тоже достаточно участвую. Диагноз Вари подтвержден, но врач заверил меня, что в подростковом возрасте может все резко измениться и мы забудем об этой болячке. Осталось только соблюдать рекомендации и ждать.
Забрав пальто и важные бумаги для ранней встречи с новыми партнерами в понедельник, выхожу на улицу. Алексей, мой водитель, уже прогревает машину рядом со входом. Затягиваюсь как следует морозным воздухом и смотрю в темное небо. Сегодня я проиграл бой, но всё только начинается.
Для себя я решение принял.
Пока усаживаюсь в машину, мобильный выдает звук входящего сообщения. На экране ее имя. Дрожащими руками, как щенок которому подкинули косточку, нажимаю на кнопки.
«Гранд Отель. 403 номер. У тебя полчаса.»
Сердце выдает сто двадцать ударов в минуту, когда называю адрес гостиницы Алексею.
Глава 34. Глеб.
В холле гостиницы пусто. Игнорирую лифт и быстро добираюсь по лестнице до четвертого этажа. Не задумываясь дергаю ручку, попадая в знакомый номер. Внутренности потряхивает от предвкушения встречи с ней. Встречи, которую она сама назначила.
Сама. Значит не все потеряно.
Пространство окутывает приятный полумрак, а в воздухе витает восхитительный запах ее духов.
Её собственный крышесносный запах, который я точно узнаю из тысячи, так как представлял его все эти три месяца. С тех пор, как уехал из деревни, в которой она выросла.
От счастья и осознания, что сама пришла, поверила, руки трясутся и пульс сбивается. Еще пару часов назад даже не мечтал о таком.
Двигаюсь в сторону комнаты и замираю на пороге.
Ксения сидит в кресле, в мягком свете от стоящего рядом торшера. На ней все то же длинное платье, ноги босые.
