– Ты что… больше не хочешь… со мной?
Глеб разворачивается и немного нервно произносит:
- А что похоже?
Перевожу взгляд ниже и вижу кричащий ответ на свой вопрос. Чувствую ответный жадный взгляд на своем теле.
Разглядываем друг друга в тишине комнаты. Между нами только искры не летают, напряжение максимальное. Я абсолютно обнажена, соски заострились, и он не может не видеть, что я тоже его хочу…
- Ты очень красивая женщина, Ксения, - говорит одобрительно."
"Да. Боже мой!!!
- Ты так говоришь словно есть какое-то «но», - отвечаю нервно, вскакивая с кровати и проношусь мимо него к шкафу.
Сильные руки тут же ловят меня за талию, и я оказываюсь прижата к горячему телу.
- Нет никакого ""но"", - шепчет мне на ухо и собирает мой запах с шеи. – И не было никогда. Я приготовлю завтрак.
*
Сидя в шезлонге на небольшой палубе, кутаюсь поплотней в одеяло, и слежу за тем, как Громов управляется с судном. Сегодня прохладно.
Его изменившееся настроение больно бьет по самолюбию.
Нет-нет, он ведет себя на «отлично».
Приготовил вкуснейший завтрак, накрыл на стол. После этого мы собрали вещи и выехали к пристани. Глеб сегодня показательно вежлив. Но отвратительно холоден. Никакого сексуального подтекста.
Даже не приказывает.
Скучно.
- Загораешь? – ослепительно улыбаясь, подходит ко мне владелец яхты. Внимательно разглядывает мое лицо, на которое одеты модные темные очки с широкой оправой.
- Боже, Глеб, ты что умеешь шутить? – делаю карикатурно удивленное лицо.
Он заразительно смеется и садится на край шезлонга, осторожно сдвинув мои ноги.
- Ты давно её купил?
Задумывается, озираясь.
- Года два наверное… да… два.
Подставляю лицо солнцу, купаясь в его лучах.
- Отец любил всё что связано с водой, - вдруг говорит задумчиво.
- Вы были близки? – осторожно спрашиваю.
- В детстве да. Пока он жил с нами.
- Вы не общались потом?
- Общались, но не так как хотелось бы…
Глеб растирает лицо ладонями, словно отбрасывает воспоминания.
- А твои родители? Вы близки?
Усмехаюсь.
- Нет. Я росла с бабулей. Они жили отдельно.
- В смысле? – настороженно разворачивается.
- Они уехали в Москву, когда мне было около года.
- И ты никогда не хотела жить с ними?
- Хотела, конечно, - говорю легко. - Дело не во мне.
Отвожу лицо в сторону.
- Пиздец…
Вообще, я уже заметила, что Глеб Громов редко использует в своей речи мат. Только когда слов подобрать не может.
- Так бывает, - улыбаюсь.
