Вынужденная угодить Ландсрааду, она отмежевалась от сына и попросила прощения, ибо это был единственный способ спасти священную миссию Союза Благородных. Тихий мятеж развивался много столетий, имея целью избавление от Коррино, вцепившихся в абсолютную власть. Велась долгая игра, в которой участвовали лучшие политики и историки – но Якссон ворвался в нее, как огненное ядро, разметав фигуры, тщательно расставленные на игровой доске. Несмотря на то что Якссон ее плоть и кровь, Малине иногда хотелось его задушить.
– Я продолжаю работать над этой задачей, ур-дир, – тихо сказала Ариката Малине. Они стояли вне площадки, в тени купола, притворяясь, что созерцают панораму города. – Я, конечно, пользуюсь большим влиянием на моего дорогого Шаддама, но я не могу действовать слишком открыто, вы же это понимаете."
"– Я все понимаю, и вы превосходно играли свою роль – во всяком случае, до сих пор.
Темные волосы Малина коротко стригла, она носила строгий деловой костюм, являвший яркий контраст тщеславному и роскошному наряду Императрицы.
Ур-директор еще сильнее понизила голос, несмотря на то что канцлер Ридондо стоял далеко, настраивая оптические приборы площадки.
– Но почему вы не предупредили нас об опасности для дома Вердена? Мы могли бы что-нибудь спасти или уберечь кого-то из членов семейства. Уж, по меньшей мере, изготовили бы фальшивое донесение или стерли бы порочащую информацию.
Губы Арикаты были цвета жидкого граната, а радужка походила на текстуру древесных волокон, между которыми чернели бездны звездного неба.
Она, Императрица, все же смутилась от слов Малины, как школьница перед учителем.
– Мой муж не всегда говорит мне, что намеревается сделать. Он хотел шокировать всех членов Ландсраада уничтожением дома Вердена.
Малина нахмурилась еще больше.
– По крайней мере, этот варварский акт отвлек внимание от моего сына.
Она покачала головой. Из-за Якссона Малина не могла выступить против несправедливости действий императора, против того, что случилось с Верденом и его семьей.
Пусть другие дома провозглашают невиновность герцога или, что более вероятно, бесчестят его, называют подлым предателем и вычеркивают из имперской истории.
Императрица Ариката, новая жена Шаддама, стала таковой в результате подковерных махинаций КАНИКТ. Под другим именем и внешностью эта молодая женщина служила наложницей тяжело больному старому графу Ульчану на Плиессе.
