Лезия пыталась предостеречь сестер, хотела отвести надвигающийся кризис, даже пыталась помочь Джессике, пусть и весьма своеобразно. С ней кончено. Кончено! Но она добьется еще одной победы над Бинэ Гессерит, за то, что орден сделал… и за то, что он отказался делать. Как много в жизни неизвестных переменных, как много опасностей.
Потеряв всякое представление о времени, она решила сдаться и просто ускользнуть из жизни, решила покинуть мир утром. Она хотела навсегда уйти в уютный, манящий и приветливый сон, который сможет разделить со многими другими, в место, где обретет покой и удовлетворенность своими свершениями.
А она прожила жизнь ярко.
Едва заметно повернув голову и чуть-чуть приоткрыв глаза, она увидела, что у наблюдательного окна стоит только одна сестра, но следит она за Лезией весьма невнимательно и даже, кажется, клюет носом. Сестра Джиара. Если состояние Лезии ухудшится, то включатся системы тревоги, вой которых способен разбудить мертвого, но Лезия усилием воли поддерживала нормальные параметры своей жизнедеятельности.
По показаниям приборов она страдала только от нарушения мозгового кровообращения, и с жизнью ее связывала только тонкая ниточка.
Многие люди, пользуясь добрым здоровьем, всю жизнь живут, словно в коме, совершенно не понимая и не видя, что происходит в окружающей их вселенной. Например, как вот эта Джиара… Чувствуя превосходство над другими, над всеми, с кем сталкивала ее судьба, Лезия предпочитала одиночество. Это позволяло ей быть грубой и отталкивать от себя других.
Она всегда могла уйти во внутренний мир и превосходно себя в нем чувствовать. Вот и теперь собиралась опуститься в самые сокровенные его глубины, чтобы никогда не возвращаться. Рассматривая мощное течение своих мыслей, Лезия недоумевала: будет ли ей не хватать ее самой? Это походило на дзенсуннитский вопрос в вопросе.
При мысли о том, что она собиралась сделать, Лезию внезапно охватила глубокая печаль, несмотря на все разумные объяснения рациональности такого поступка.
Она легко могла бы убить еще множество сестер, наказать их, оставить на теле Ордена незаживающий шрам.
Это просто. Она могла бы притвориться умирающей, тотчас включилась бы тревожная сигнализация. Сестры бросились бы в палату, Лезия рыкнула бы на них Голосом, приказала вырвать самим себе глаза и выскрести мозги через пустые глазницы.
Я убийца разума!
Может, ей удалось бы заманить сюда Верховную Мать Харишку и заставить ее сделать то же самое.
Да, она могла бы это сделать.
