Я уверена, что они уже близко к цели, они подходят к ней снова и снова, но генетика – не точная наука. Они продолжают поиски. Именно поэтому их так сильно заинтересовал и мой сын Бром.
Джессика отчетливо помнила сказанные ей Лезией слова.
– Если я все расскажу им, повысит ли это важность Пола в их глазах? Или только напугает Бинэ Гессерит еще больше? Не поставлю ли я всех нас под удар? – Она покачала головой, ответив на свой вопрос. – Нет, Орден сестер не должен знать все. Эта информация – единственный рычаг, которым я, возможно, смогу на них воздействовать.
– Как хочешь, – озабоченно сказала Ксора. – Как его мать, ты должна иметь право решать, что делать.
Они пошли по широкому центральному двору. Джессика тяжело вздохнула.
– Я хочу отправить письмо Полу, просто весточку… что я думаю о нем, что я… люблю его.
Во взгляде Ксоры одновременно читались тревога и восхищение.
– У меня нет шансов сказать то же самое моему ненаглядному сардаукару, моему Ранвиру… – Она заговорила тише.
– Школа Матерей пользуется почтовой службой для рассылки секретных коммюнике в многочисленные Благородные Дома и сестрам, назначенным в Дома Ландсраада. – Она помолчала. – Я знаю, где хранятся цилиндры для сообщений.
Несмотря на то что Лето порвал с ней, ее связь с Полом сохранилась. Пусть даже Бинэ Гессерит принудили ее прибыть на Уаллах IX и потребовать, чтобы она служила ордену, угрожая в противном случае убить тех, кто ей дорог, но они не могли уничтожить связь между матерью и сыном.
Похоже, они хотят сделать с ней то же самое, что с Ксорой, и это только укрепило решимость Джессики отправить сообщение Полу.
Она бросила быстрый взгляд на Ксору.
– Я могу отправить послание на Каладан?
Ксора обернулась и ускорила шаг.
– Доверься мне. Я добуду для тебя почтовый цилиндр.
* * *С течением времени слишком многие аристократы Ландсраада превратились в чисто политических животных, полностью утратив человеческий облик.
Герцог Лето Атрейдес; из писем к сынуКогда Лето договаривался об интимном обеде с Виккой Лондин, сердцем он не был готов к любовному роману. Он заставлял себя думать об этом как о политической встрече и не более того, но это не уменьшало чувство неловкости. Граф Фенринг скоро собирался вернуться с Арракиса, возможно, даже сегодня, но пока Лето предоставили самому себе."
"Кроме того, он не знал, чего ждет от этой встречи сама Викка.
