Думаю, я знал возможную причину такого поведения — если меня не обманывала память, именно этот ниргал сопровождал меня до самого зиккурата и он же вытащил меня из-под воды. Похоже, купание в ледяной воде не прошло даром.
Последний ниргал продолжал оставаться именно таким воином, каким я привык их видеть — сильным, несокрушимым, без страха и эмоций.
Глядя на происходящее, я начал серьезно задумываться о том, чтобы сделать длительную остановку и дать ниргалам восстановить силы, но меня неудержимо тянуло домой.
Я все откладывал да откладывал обустройство временного лагеря. И дооткладывался.
К полудню четвертого дня пути с того момента, как я встретил Тиксу и Лени, едущий на лошади ниргал вздрогнул всем телом, накренился на бок и тяжело рухнул в снег. Тот ниргал, что «нырял» за мной и которому я велел передвигаться в седле. Но эта мера не помогла, и теперь облаченный в тяжелые доспехи человек, широко раскинув руки в стороны, лежал в сугробе и не подавал признаков жизни. Лишившая седока лошадь прошла еще несколько шагов и остановилась.
Выругавшись, я шагнул вперед под аккомпанемент встревоженных возгласов своих спутников и всмотрелся в полузасыпанного снегом ниргала. Бесполезно. Воин лежал неподвижно, а глухой шлем лишал меня возможности увидеть лицо. Подойти ближе и проверить, дышит ли он, я не могу — даже с расстояния трех шагов я ощущал слабую волну тепла, пощипывающую мое лицо и руки. Слишком много тепла. Быстро остывающие на морозном воздухе доспехи обычно позволяли мне приближаться к ниргалам достаточно близко, но не в этот раз.
— Лени! Осмотри его, проверь дыхание! — крикнул я рыжему, что уже спешился и, увязая в снегу, спешил к упавшему ниргалу. Кричал я без нужды — Лени и сам бы догадался это сделать, но уж больно обидно было ощущать себя настолько бесполезным.
Наклонившись над воином, Лени рукавицей смел с его шлема снег и приблизил лицо к небольшим отверстиями, расположенным напротив рта.
— Дышит, господин! — обрадованно крикнул рыжий, но тут же добавил: — Но еле-еле.
Кажись, плохо дело.
— Это я и сам уже понял, — проворчал я, несколько успокоенный словами рыжего. — Ниргалы просто так не падают.
Поразмышляв несколько мгновений, я повернулся к ожидавшим моих распоряжений спутникам и распорядился:
— Разбиваем лагерь. Лени, Тикса — перетащите его на одеяла и укройте получше. Всем, что есть. Одеяла, попоны — пускайте в дело все. Нарубите еловый лапник для постели и разведите костер.
